Возвращаясь к теме настоящего русского человека. Лёва не считал себя ни русским, ни евреем. В видеоинтервью моей жене Наталье Ивановой-Гладильщиковой, взятом для одного из сайтов, он сказал, что его национальность — москвич. Очень точное определение.
[06.05.2024 16:53]
5.
В середине 2000-х мы с женой и дочерью зачем-то поехали на Золотые Пески под Варну, которые казались невероятным соблазном для обывателей времен советского застоя, но в момент нашего приезда выглядели дурной пародией на Сочи. Там всю ночь стоял шум, в том числе из-за наших соотечественников. В каждой забегаловке гремела своя попса.
Меня от этого воротило. Ночами, несмотря на душное лето, приходилось из-за музыкального шума закрывать окна в отеле и включать кондиционер.
В один из вечеров мы забрели в переулки, в которых прежде не бывали и где музыки не слышно. И вдруг - Creedence Clearwater Revival. «Криденс». Одна из моих любимых групп. Причем классный «Криденс». И понятно, что это не запись, что его лабают. Очень профессионально. Я пошел на звук, потащив за собой жену и дочь. Вскоре мы набрели на удаленное кафе, в котором для посетителей играла пара музыкантов. По ряду признаков я определил, что это англичане, отец и сын. У них была своя фонограмма-минусовка, задававшая ритм. Отец при этом вживую играл на синтезаторе. А сын — филигранно — на гитаре, легко переходя от ритма к соло и от мелодии к рифам. При этом он идеально воспроизводил непроизводимый, как мне казалось прежде, голос лидера и автора «Криденс» Джона Фогерти.
Вы когда-нибудь слышали «Криденс» и Джона Фогерти? Если нет, то вы ничего не знаете про рок-музыку, блюз и рок-н-ролл. Неподражаемый выплеск рваной горловой энергии вверх, вверх и еще выше. Расщепленный голос, узнаваемый с первого звука.
В кафе было много столиков. За ними сидели люди со скучными мордами. В основном, как мы поняли, наши. Они не знали, что такое «Криденс» и не могли оценить голос человека, выступавшего перед ними. Им хотелось чего-то родного, успенско-шафутинского, сочинского.
Тут-то появились мы, стали на обочине кафе и уже после второй песни парень на сцене начал ориентироваться только на нас. Он быстро понял, что у него наконец-то появилась аудитория. Тем более, что мои жена и дочь, прежде не слышавшие о «Криденс», тоже оценили уровень музыки и вокала. После каждой композиции я восторженно орал — к вялому изумлению тех, кто сидел в кафе. Мы простояли на обочине минут сорок. Парень на сцене продолжал работать только для нас. Но пора было спать в гостиницу. Мы развернулись — и тут парень закричал нам вслед голосом, от которого ей-богу сердце замерло. Это было по-нерусски, но я передаю по-русски:
- Почему вы уходите?!! У нас еще есть, что спеть!!!
Я сделал какие-то знаки, что нам мол пора. Но эту историю вспоминаю до сих пор.
Как ни крути, а всякому творческому человеку, будь он лабух, дилетант, халтурщик или даже клинический идиот, необходима аудитория, необходимы поклонники, способные его оценить. Ладно: оценить. Хотя бы выслушать. А представьте теперь трагедию по-настоящему талантливого творца, который вынужден ради денег, причем явно небольших, работать лабухом и выступать перед дураками.
(Продолжение следует)
[08.05.2024 13:25]
6.
Я из того поколения, которое всё детство, отрочество и всю юность провело при одном и том же советском руководителе — при Брежневе. Отношение к нему в последние годы его правления стало ерническим. Про него распространяли абсурдистские анекдоты как прежде про Хрущева. Тем не менее известие о его смерти, которое донеслось 10 ноября 1982 года, стало для представителей моего поколения если не шокирующим, то очень значимым.
Больше всего меня поразили в тот день два обстоятельства.
1. Нам, студентам журфака МГУ, не отменили заранее назначенную овощную базу. В те годы работников гуманитарного тыла регулярно по графику отправляли на овощные базы сортировать гниль: картошку, капусту, морковку, свеклу. Брежнев умер, и мы решили: грядет новая эпоха. А в стране, как оказалось, ничего не изменилось. Вместо ожидаемых перемен — всё та же непрерывная овощная база.
2. Это гораздо интереснее. На овощную тогда отправили только представителей мужского пола. И многие из них, пока мы отсеивали сгнившую морковку от относительно несгнившей, сразу стали говорить, что новым генсеком КПСС после Брежнева станет Андропов. А его ближайший конкурент — Черненко. Я тогда имел минимальное представление о том, кто такой Андропов, и уж тем более — что такое Черненко. Но многие на нашем журналистском курсе были, оказывается, осведомлены. И заранее — во время сортировки картошки — уведомили нас о грядущих перестановках в руководстве страны.