— В этот раз уже от тебя несёт кровью и смертями, Шай, — произносит Ястен, отмечая, что с братом всё в порядке. Если не считать некоторую нестабильность психики, разумеется. Но на неё уж точно не стоит обращать внимания. Это не то, что требует подобного. — Остаётся порадоваться тому, что Бэрри уже в Дайвеге.
— Само собой, — пожимает плечами Шай, занимая то кресло, что находится ближе к камину. Принимает из рук слуги бокал с разведёнными «жемчужинами»… или как теперь называют замороженные и магически обработанные слёзы Белой Печали? Ястен думает, что, увидь кто подобную картину… Шая точно бы записали в… Ястен честно пытается подобрать слово, но… и не получается, и откровенно лень этим заниматься. Ясно только, что нормальным человеком брата после подобного точно не посчитали бы… Учитывая то, как именно сейчас брат выглядит, его бы и просто человеком вряд ли осмелились бы назвать. — Будь Бэрри здесь — я бы не позволил себе подобного. Негоже сестрёнке видеть такое.
— И кто же это был? — Ястен предполагает, что именно услышит в ответ, поэтому не особенно и удивляется. Во всяком случае — в начале фразы. Потому что её конец…
— Ублюдки, что едва не навредили Бэрри. И младший братец её величества. — Шай делает глоток и блаженно жмурится. Ястен с трудом представляет себе, что можно ощущать, принимая лишь слегка ослабленные чарами слёзы. Стоит, наверное, порадоваться, что сам он унаследовал эту силу лишь частично. — Не надо смотреть на меня с таким ужасом, Ясь. Я же не предлагаю это тебе! — Шай отставляет ополовиненный бокал. — Удивительные цветы, знаешь ли. И то, что с ними делают тамошние колдуны, тоже заслуживает лишь восхищения! Знаешь, они додумались сделать то, что сумело причинить вред даже мне.
— Поразительно, — искренне произносит Ястен, даже не пытаясь представить, что же это должно быть, если брат говорит с таким мечтательным выражением лица. Ястен откидывается на спинку кресла и вытягивает ноги вперёд. — Ничего не имею против смерти отбросов, но зачем нужно было убивать брата королевы? Сейчас.
— Помимо того, что это любимый кузен несравненной Йо? — уточняет Шай, заставляя Ястена соображать, при чём же тут дочка хага Майгора. — Он… изначально я не планировал его убивать — эта смерть ничего не меняла — но, поразмыслив, пришёл к выводу, что в его жизни нет особого смысла. Его даже собственный дядя считал ничтожеством!
— То есть, Майгор не посвятил его в свои планы? Не удивлён. Насколько я знаю, брат королевы не способен удержать за зубами ни единой тайны.
— Когда ты успел узнать таки подробности? — Шай смотрит на него внимательным взглядом, что в облике Кукушки пробирает до костей. — Ясь, ты полон скрытых талантов! Может, отец зря посчитал, что от тебя не будет толку при дворе? Я могу поговорить о… — Ястен передёргивает плечами и фыркает, поймав насмешку во взгляде Шая. Ох! Как же это… — И всё же секреты своей сестрицы он хранил весьма успешно… пока не встретился со мной, — продолжает Шай, вновь подхватывая бокал. Ястен хмыкает, не пытаясь даже предполагать, что там могут быть за секреты. — Но будь дело только в секретах, я бы позволил ему жить… возможно, скормил бы часть его мозга горьким цветам, но и только. Но, видишь ли, Ясь, тут всё дело в Йо.
— Её любимый кузен, как ты сказал, — Ястен поддаётся искушению и принимается рассматривать потолок, пытаясь найти… Судя по шороху, доносящемуся со стороны брата, тот занимается тем же. — Но что такого успела натворить бедняжка? Мне она помешала своей выходкой с мальчишкой Тэлэ, но…
— На этом красавица не остановилась, — доносится вздох. — Это по её воле Бэрри подверглась опасности.
— Она наняла этих… уже трупов? Зачем? Посчитала, что того, что она сделала с парнем, недостаточно?.. Шай. Тебе не кажется, что это целиком твоя вина?
Молчание. Достаточно долгое, чтобы появилось мучительное желание оторвать взгляд от потолка и посмотреть на Шая. Ястен не делает этого, разумеется. Продолжает скользить взглядом по завитушкам потолочных досок и заставлять себя не сжимать руки в кулаки от напряжения. Так, чтобы ногтями пробить кожу и дать выход крови.
— Я исправлю. Может быть, — наконец медленно произносит Шай. — Ты, кажется, слишком высокого обо мне мнения, Ясь. Я далеко не всегда… не все мои идеи воплощаются так, как мне бы того хотелось… особенно сейчас, когда Лейш… Пусть сваливать вину на дурную кровь я считаю откровенной слабостью. Да и до нашего отца в плане интриг мне далеко — ты и сам это знаешь. В любом случае теперь все исполнители мертвы, а сама Йо получила повод порыдать на плече Кэлла. Она ведь любит рыдать? Вроде бы так принято…