***
Лио задумчиво рассматривает открывшийся вид. Самое забавное, что за пятнадцать лет, проведённые в окрестностях Нахоша… хотя меньше, конечно, если припомнить все его блуждания по Мессету, Исвере и Шайрашу… и по другим закоулкам. Но за всё время он так и не удосужился побывать на рудниках, шахтах и прочем. Казалось, что это не очень-то и интересно. Зря, как выясняется.
Сейчас Лио вслушивается в окружающую его магию, пытаясь понять, что же именно не даёт ему покоя. Отвесно уходящие вниз каменные стены, изъеденные добычей руды, манят спуститься, прикоснуться к холодному камню. Лио чуть наклоняется вперёд, рискуя свалиться от малейшего неосторожного движения, едва ли не принюхивается к магии. Прихватывает ближайшие ниточки, обвязывая их вокруг запястья, но это мало чем помогает. Это что-то на самой границе осознания. Что-то, что требует оставаться здесь. Не отпускает. Это, надо признать, довольно-таки сильно раздражает. Особенно, от мысли, что она сейчас совсем одна в склепе… Ну, с собакой, конечно, но это даже не смешно. Да, она вполне разумна и не станет связываться ни с чем опасным. Да и нет ничего, что могло бы причинить ей вред в Лиссер-Шатт. Но оставлять её так надолго — Лио застрял на краю карьера едва ли не с самого рассвета, а солнце уже скоро спрячется за горизонтом — кажется слишком…
И тем не менее…
Что-то не отпускает. Заставляет вновь и вновь рассматривать серый с прожилками руд камень. Каких — Лио не знает. Да и не нужно ему такое. Зачем? Пусть подобным интересуются те, кто… Неважно. Лио скользит взглядом по появившейся цепочке людей, скованных цепью, и фыркает, не заботясь о том, чтобы как-то приглушить смех — он слишком высоко, чтобы опасаться за раскрытие своего присутствия. Люди, работающие в таких местах… да и не только в таких… редко смотрят наверх. Но как же это забавно! Вместо того, чтобы ограничить свободу этих людей магией — как поступают едва ли не все — здешние хозяева почему-то решили обойтись цепями! Забавно. Надолго, интересно..?
А ещё интересно то, что, выходит, этот карьер не имеет отношения к тем, которые разрабатывает Нахош. Потому, что не может быть, чтобы в городе не было толкового мага! Впрочем, это уж точно не касается Лио.
Оббежав взглядом каторжан, Лио вздыхает. Совершенно обычные люди, на которых и вовсе не стоит обращать внимания. И думать не стоило, что то, что его не отпускает, может иметь к ним отношение. Это что-то вообще неживое. Так, во всяком случае, нашёптывает собственная магия. Только вот что же это может быть? Лио прикрывает глаза, опять вслушиваясь в магию. Ожидаемо не находит ничего нового. Всё то же ощущение на самом краю сознания. Лио раздражённо цыкает, сожалея, что из всей семьи в живых остались только он и полусумасшедшая тётка… ну, да! Сам же постарался в свое время… И нет никакой возможности восстановить утраченные теперь знания.
Ах, нет. Есть же ещё она…
Лио давит неуместную улыбку, что норовит вползти на лицо при одной только мысли о ней.
Он осторожно спускается по почти незаметной тропке, стараясь не упустить из виду людей. Те, по счастью, не торопятся скрыться в деревянном бараке, выстроившись в шеренгу и выслушивая расхаживающего перед ними мужчину. Похож на подчинённого хага Когго, если Лио не путает, конечно. Не то, чтобы он помнил в лицо всех обитателей окрестностей… Но он уверен, что видел этого человека в окружении хага Когго пару лет назад. Но в любом случае этот человек не вызывает ни малейшего интереса в отличие от одного из каторжан. Как минимум потому, что тот резко выделяется на фоне остальных — кроме него рыжих здесь Лио не видит. Тем более такой редкой расцветки — почти красные волосы! Лио припоминает, что не так давно он уже видел подобные, и повнимательнее рассматривает человека. Высокий, с обезображенным клеймом лицом. Лио недовольно морщится — из-за воспалившейся кожи вокруг клейма половина лица перекошена. Ситуацию усугубляет короткая неопрятная борода, торчащая во все стороны. Н-да… остаётся только догадываться, как же этот довольно молодой парень должен выглядеть. Всё, что удаётся понять, что того явно несколько не в себе — отсутствующий взгляд и подрагивающие пальцы… да и постоянно вздёргивающаяся в оскале губа, что ещё больше перекашивает лицо. Он стоит от прочих настолько далеко, насколько ему это позволяет цепь и необходимость стоять в подобии строя, вздрагивая каждый раз, когда к нему прикасаются. Лио наспех накручивает вокруг себя короткие пока что тени — склон вовсю освещает закатное солнце, так что темноты вытянуть получается не так уж и много, но стоит радоваться хотя бы этому — и подхватывает стелящиеся по самой земле нити магии. Они должны подойти лучше всего. Лио скручивает их, образуя кольцо, и мимолётно думает, что её крючок был бы очень к месту сейчас — то, во что он превращает нити, довольно непросто сделать исключительно пальцами. Пусть давно ставшая золой бабушка и утверждала, что «костыли» — удел калек. Лио не очень-то с ней согласен, каждый день наблюдая, как она сплетает чары, на которые у прочих уходит вдвое больше времени. И это при том, что магия к ней ещё не до конца вернулась!