— Сосредоточишься на его сыновьях? И чем они заслужили смерть?
— В том-то и дело, что пока ничем, — с досадой сообщает тьма, морщась от улыбки-оскала хага Шайета. — Пока они только шепчутся по углам и строят из себя великих интриганов. Но…
— Развлекайся, — разрешает хаг Шайет. — Но не сильно увлекайся, пожалуйста. Майгора стоит подвинуть с его нынешнего места, конечно. Но помни о сестре. И постарайся не… хотя кому я это говорю! — внезапно досадливо кривится хаг Шайет, выходя из образа «правой руки» главы дома Теннери и становясь просто… — Сам такой же. Сын, старайся не слишком поддаваться голосу нашей крови, прошу тебя!
— Я стараюсь, папа, — тьма невесело улыбается, позволяя облику развеяться на несколько мгновений. — Но кровь порой говорит слишком громко…»
…Тьма вдыхает ночной воздух. Приостанавливается, вслушиваясь в послевкусие магии. Что-то… что-то знакомое. То, что уже было… Тьма часто-часто дышит, стараясь понять, что же это может быть. Потом морщится. Тот дом и сошедший с ума маг. Но это же было в совсем другой части города! Почему же здесь…
И совершенно некстати… или наоборот — кстати? — вспоминается разговор с его высочеством, как раз и ставший одной из причин сегодняшней… хм… прогулки. И его слова о…
«…— Ему стало хуже, — Сойлар откидывается спиной на стенку беседки на островке посреди пруда. Шайесс скользит взглядом по идущей рябью поверхности воды. Слушает вполуха — уделять больше внимания сейчас нет ни малейшего желания. Не после неудачной попытки выяснить, куда же именно отправились почти все детки Майгора. Кое-кто, правда успел вернуться, но вряд ли надолго… Можно ли надеяться не то, что эта семейка всё же что-то там замышляет?.. Даже если и нет — Шайесс сам организует для них заговор! Просто потому, что такие персонажи даром пропадают! Ну, ещё можно вспомнить то, как Йошша поставила под угрозу жизнь Бэрри… и их вопиющие поступки относительно исверцев… вот последнее — особенно важно! Шайесс удерживает себя от смешка и отмечает, что как раз-таки это повод (наряду с гипотетическим заговором) может быть неплохо принят общественностью. Впрочем, можно постараться и сделать Бэрри невинной жертвой чужого… хм… нет. Не стоит сестрёнку впутывать в подобную грязь больше, чем она уже оказалась впутана. Не за чем её расстраивать. — Мой дядя буквально угасает на глазах. Даже самые лучшие целители Мессета… и не только Мессета… не могут ничего сделать. На отца страшно смотреть — я и представить себе не мог, что он настолько привязан к своему младшему брату.
— Ваш дядя…
— Как и полагается — лишён королевского дара, — подтверждает Сойлар. Отталкивается от перил и заходит внутрь беседки. Той самой, в которой, по словам Яся, произошёл довольно-таки любопытный разговор с той исверкой. Шайесс мимолётно жалеет, что не удалось на нём поприсутствовать. Пусть он сам и не заинтересован в Книге, но… Это могло бы его развлечь. И, возможно, даже притушило бы голос крови на время. — Но магии как таковой — не утратил. Да недавнего времени.
— До момента заболевания? — Шайесс присаживается на скамью. Откидывается на жёсткую опять-таки ажурную спинку и чуть прикрывает глаза, позволяя себе немного отпустить контроль. Всё-таки присутствие особы королевского рода имеет некоторые положительные стороны. Вроде возможности перестать беспокоиться о том, чтобы удерживать собственную суть в пределах установленных рамок, и передоверить это хлопотное дело другому человеку. Ненадолго… Главное только не увлекаться подобным! Не хватало ещё впасть в зависимость от представителя королевского рода… ну, разве что от представительница — Шайесс позволяет себе только на мгновение воскресить в памяти образ ведьмы из Севре… Кери. Увы. Сейчас совершенно ее до неё. — Это звучит несколько… не так давно мне посчастливилось увидеть мага с подобными симптомами. К сожалению, я не вижу способов вернуть его к прежнему состоянию…
— Так это не единичный случай… — Сойлар занимает место напротив, всматриваясь в глаза Шайессу. Это ни капли не беспокоит. Забавляет по большей части…»
…Тьма сворачивает в переулок, откуда несёт больной магией. Через два дома… Подняться на второй этаж и, проскользнув по коридору — можно порадоваться, что это место является пристанищем… притоном, если говорить прямо… тут никому ни до кого нет дела. Даже если это — странное существо, лишь отдалённо напоминающее человека. Иногда даже от запрещённых веществ… тьма фыркает от внезапно проявившегося желания называть вещи своими именами… даже от них может быть некоторая польза. Ну, например, кому-то вроде тьмы. Тьма открывает дверь в комнату, откуда особенно сильно тянет умирающей магией.