Ива спотыкается, чудом не пересчитав собой все ступеньки неожиданно появившейся лестница. Замирает, соображая, куда теперь идти. Наверх. Пока что — наверх. Отсюда, насколько она помнит, пути к выходу из замка нет. Только к винному погребу. В котором вот уж точно нечего делать. Умей Ива создавать скрывающие паутинки, то можно было бы попытаться спрятаться и там, но… нет.
Впору злиться на себя за то, что не прилагала больше сил в изучении чар…
Ива торопливо взбегает по шатким ступенькам, проползает через узкое горизонтальное окошко, назначение которого она так и не сумела разгадать. Юбка цепляется за торчащий гвоздь и рвётся с оглушающим, как кажется сейчас Иве, треском. Она сжимается от страха, замирая на месте, но ничего не происходит. Ива осматривается и, не заметив ничего опасного, продолжает путь. Добирается до люка на чердак… или не чердак… скорее — ещё один потайной ход почти под самой крышей. Если Ива правильно понимает, то здесь можно потихоньку перебраться к балкончикам в главном зале замка. Наподобие тех, что периодически облюбовывают служанки для встреч со своими милыми, но, в отличие от них — эти укрыты какими-та чарами. Потому что ни снизу, ни с других балкончиков их невозможно рассмотреть. Кроме того — от них вниз ведёт винтовая лестница, переходящая в ход, упирающийся прямо в дверь за пределы замка.
Ива осторожно проскальзывает на балкончик, вся облепленная паутиной и перемазанная в пыли и саже. Поплотнее запирает дверь, ощущая, как чары обволакивают её. Дверь, в смысле. Хотя и саму Иву, конечно, тоже. Стекает на пол балкончика, выдыхая. Теперь можно немного передохнуть и подумать.
То, что в замке оставаться нельзя, сомнению не подлежит. Но что делать с… значит, Рыбка и братик, которому имя — имя для всех — до сих пор не дали, тоже обладают даром. Это, конечно, радует. Но слова гостей хага Когго значат, что у тех есть какие-то планы на… Опыты? Контроль… что это всё может значить?
Понятное дело, что ничего хорошего… Забрать их с собой? И куда, интересно? Мать с отцом ни за что не покинут замок. Хотя бы потому, что здесь у семьи есть крыша над головой и уверенность в… Ива сворачивается в клубок на полу, машинально отмечая, что рассуждает вполне разумно — можно будет привести этот случай в качестве аргумента, когда Ёнь опять вздумает говорить, будто бы у Ивы детские суждения… Какая чушь лезет в голову! Как будто бы сейчас и впрямь важно. что может ответить на это Ёнь! Если учесть, что этого самого спора может и вовсе не случиться… Сбежать одной? Куда? Если не в Нахош, где, вероятно, её будут искать едва ли не в первую очередь — почему-то, представляя себе, как прямо сейчас сбежит в Дайвег, Ива не подумала об этом — когда убедятся, что в замке её нет, то… в Лиссер-Шатт… В проклятый Могильник… Туда местные ни за что не сунутся. Разве что пришлые… Можно подумать, что она сама наберётся смелости отправиться в гости к Лио! Пусть он и никогда не делал ничего дурного…
Внизу раздаётся шум.
Ива приподнимается и облокачивается о рассыпающиеся трухой перила балкончика.
Внизу собрались едва ли не все обитатели замка. Ива прищуривается и вглядывается в перепуганные и растерянные лица слуг, хагари Ларьи, прикрывающей заметный живот, и её старшей дочери, мимо который неспешно прохаживается один из гостей. И что-то говорит — Ива не в состоянии разобрать. Чары, прячущие балкончик, ещё и искажают звуки. Будь Ива в нормальном состоянии, то различить слова бы не составило труда. Но сейчас — после того, как она потратила значительное количество магии — услышать что-либо не выходит.
Тем временем гость вытаскивает на середину зала маму и что-то говорит ей. Что-то, после чего она вскрикивает и едва ли не падает на пол. Ива догадывается, что это может касаться Рыбки и братика. Гостя реакция мамы мало волнует — он тащит её за собой. Вмешивается папа, но его лениво отталкивает один из слуг гостей. Тогда наперерез гостю бросается Лилия, падая тому в ноги. Безуспешно. Гость просто обходит её по дуге. Лилия поднимается и вцепляется в рукав гостя. И он… Ива шипит от впившейся в виски боли. Даже не хочется думать, что за чары тот призвал — достаточно того, что Ива сквозь пелену слёз видит, как Лилия падает замертво.
Ива прижимает ладони ко рту, смотря, как все, собравшиеся внизу, замерли, смотря на труп. Это… это как?! Лилия… Как же… Мама же говорила, что…
Гость тем временем тащит пытающуюся вырваться маму к дверям. Ива впивается пальцами левой руки в перила, продолжая зажимать рот правой. Дерево крошится под пальцами и — Ива отстранённо отмечает это — чары сползают с балкончика, втягиваясь ей под кожу. Скоро её станет видно…