Стоит подумать, что именно сделать с этим человеком. Он, разумеется, в каком-то смысле помог, хотя были способы сохранить дар ведьмы и иными путями, но… Ладно, не важно сейчас.
Прочие же отголоски заставляют задуматься. Наверняка в этой мешанине присутствуют силы, взятые рьеси Таго из Книги, да и без «подарка» не обошлось, только определить Шайесс это сейчас не в состоянии. Как ни жаль.
Он приседает, прикасаясь к брусчатке кончиками пальцев, специально ради этого стащив с руки перчатку. Да. Именно на этом месте убили сына хага Майгора. Шайесс довольно жмурится и едва ли не мурлыкает от удовольствия. Жаль, что не пришлось увидеть это собственными глазами. По словам Яся бедняге вырвали сердце. Тот самый бродяга.
Интересно, что тот почувствовал при этом? Бродяга, а не уже труп, конечно — чувства жертв малоинтересны, если, конечно, в них не поддерживать жизнь специально. Что почувствовал бродяга, сжимая в ладони горячее, сокращающееся сердце? Шайесс даже завидует ему в этот момент.
Нехотя он поднимается на ноги. Недолго рассматривает кончики пальцев, прежде чем надеть перчатку.
Пересекает улицу и выходит на площадь. И едва не сталкивается с хагом Майгором, который отдаёт приказы предпоследнему выжившему сыну… последний сейчас занимается делами лоскута, не отвлекаясь на столь незначительные дела, как местечковая война. На этом моменте Шайесс с трудом удерживается от фырканья. Ну, в самом деле — хаг Майгор притащил в Нахош полторы сотни далеко не самых слабых магов только для того, чтобы разобраться с четырьмя… кто там они будут?.. Парочка исверцев, лесная ведьма из провинциального города и бродяга, живущий в склепе. Ужас, прямо сказать! Ах, да! Была ещё одна девчонка-недоучка из академии — как это Шайесс мог про неё забыть! И вот против них хаг Майгор привёл настоящую армию, которая сама по себе вызывает некоторое количество вопросов. Например — откуда у хага Майгора такое количество магов, обученных убивать, в подчинении? И зачем? Против кого он их собирал? И сколько есть ещё?
Надо думать, его пока ещё высочество тоже уже долгое время задаётся этими вопросами.
Шайесс, поплотнее закутавшись в паутинку, проскальзывает мимо, мысленно желая хагу Майгору вернуться из Нахоша. Просто потому, что его последний сын ещё не готов принять всю власть над лоскутом. Да и так ведь намного интереснее — наблюдать за тем, как старик (а теперь особенно чётко видно, сколько Майгору лет — три смерти его изрядно подкосили) пытается жить дальше, потеряв четверых сыновей. Шайесс надеется, что их будет четверо. Стоит поспособствовать этому в случае чего…
Шайесс оставляет хага Майгора у себя за спиной, направляясь к гостинице, в которой остановился Ясь. И хорошо бы, чтобы брат оказался там…
***
Ястен задерживается на одном из мостиков, бездумно рассматривая скованную льдом воду. Не самое захватывающее зрелище, надо сказать. Но идеально подходит как раз для такого вот времяпрепровождения. Позади периодически кто-то проходит, но Ястен не думает даже обращать на них внимания. Незачем. Достаточно того, что он не ощущает враждебности. Всё прочее — не существенно.
Как ни странно, никто из причудливой компании, что сейчас расположилась в склепе на территории Лиссер-Шатт, не пострадал. Даже эта девушка, которую он сегодня лично сопроводил до дома. Ну, разве что она теперь вздрагивает от каждого шороха, да вчера весь вечер смотрела на Керью с нескрываемым ужасом, пока последней это не надоело, и она не сплела что-то при помощи крючка… Всё же насколько необычный способ чаровать! Но, надо признать, довольно-таки действенный. Ведь это именно благодаря её едва ли не половина чар противников распалась до того, как достигла цели.
Ястен прикидывает, получится ли убедить Шая провести над его подарком парочку экспериментов… пусть подобным в большей степени увлекается дядя, но… Всё-таки безумно интересно, как именно она чарует. Да уж… уже одно это делает девушку ценным приобретением, не говоря уже о…
— Среди местных до сих пор распространено поверье, что вода конкретно этой речушки способна отнимать память, — раздаётся слегка изменённый, но всё равно узнаваемый голос Шая. Ястен чуть скашивает глаза, после чего вновь возвращается к рассматриванию льда. Шай облокачивается на перила, вырезанные их камня. — Правда, вряд ли она сможет это сделать, будучи закованной в лёд, но всё же не стоит рисковать. Как ты считаешь, Ясь?
— Мою память воде не унести. Как и твою, Шай, — пожимает плечами Ястен, лениво спутывая парочку нитей, создавая слабо мерцающих светлячков, которые тут же принимаются танцевать над водой. — Я ожидал тебя несколько позднее… и уж точно не в образе… бродяги.