— Позвольте, я заберу Кайу, — раздаётся голос Кайта слева. Кайа приоткрывает глаза и видит брата, который также переводит взгляд с Йошши, над которой склонился Кэллар, на Кайу и обратно. — Я уведу её и прослежу за тем, чтобы… — Брат Берны кивает и подталкивает Кайу в сторону Кайта.
Кайа делает пару шагов. Кайт цепко ухватывает её за руку и тащит за собой с такой силой, что Кайа не сомневается в появлении синяка на запястье. На попытки заговорить брат никак не реагирует. Молча ведёт Кайу по лестницам и переходам, пока не оказывается в комнатах, которые, по его словам, выделили специально для них. Кайа падает на диван и смотрит на то, как брат тщательно запирает дверь.
— Ты что — думаешь, что я брошусь назад? Зачем?
— Не знаю, — неприязненно бросает Кайт, подпирая дверь плечом. Теперь, если бы Кайе вздумалось прямо сейчас покинуть комнату, пришлось бы выносить дверь вместе с братом. Она честно попыталась себе это представить. Не вышло. — Зачем ты напала на хагари Йошшу? Ты с ума сошла?
— А я должна была спокойно выслушивать, как она оскорбляет меня?! И тебя, между прочим, братец!
— Ты не в себе, — качает головой Кайт. — Хагари Йошши не способна на подобное. Тебе… я не представляю, что с тобой творится. Нам, наверное, лучше прямо сейчас вернуться в Кепри. Ума не приложу, как теперь извиняться перед хагенн Чейр и перед Йошшей…
— Глупости не говори! Извиняться! Ещё чего. — Кайа оттирает брызги крови с руки подолом платья. Ещё и не на такое она способна! Если бы ты это слышал, то… Она, между прочим, тебя вообще ни за что не считает. А ты бегаешь за ней, как собачонка! Мне неприятно слышать, как про тебя говорят, что…
— Не лезь не в своё дело, Кайа, — резко обрывает её Кайт. — Занимайся тем, на что тебе хватает ума — готовься к замужеству, а то, на что тебе не хватает ни мозгов, ни воспитания, оставь другим.
Кайа приоткрывает рот и часто-часто моргает. Кайт сказал, что… Он… И она ещё пыталась… ох! Да пусть делает всё, что захочет! Желает опозориться перед высшим светом Кепри — Кайа ни слова не скажет. Она отворачивается, не произнеся ни слова.
Почти в то же мгновение в дверь стучат. Кайт приоткрывает дверь и пропускает Лекки. Кайа лишь мельком смотрит на неё и вновь принимается рассматривать тяжёлые шторы на окне. Лекки переговаривается с братом, уточняя подробности произошедшего. Потом замолкает.
— Что ж. Мне всё понятно, — спустя некоторое время подаёт голос Лекки, успев забраться с ногами в глубокое кресло. — Очень печально осознавать, что мои старшие брат и сестра — идиоты. Оба. — Кайт пытается что-то возразить, но у него ничего не выходит. Лекки просто окидывает его взглядом, и Кайт замолкает, так и не сказав ничего. Кайа качает головой. И на что брат рассчитывал? Когда Лекки говорит таким спокойным усталым тоном, спорить совершенно бессмысленно. Сейчас она намного старше их — по-видимому, память прошлых поколений всё больше усваивается… если, конечно, Кайа правильно помнит объяснения мамы на счёт того, кем должна в итоге стать Лекки. — Ты не лучше, Кайт. То, как ты едва ли слюной не капал на эту фифу Йо, вызывает отвращение пополам с жалостью… И даже не пытайся возражать! Не имеешь права. Не после того, что не без твоего участия случилось — с чего это вдруг дочка такого человека, как хаг Майгор, решила пообщаться с Кайей? Не знаешь? При том, что раньше она её иначе, чем пустым местом, не считала… Ну, что могу сказать — завтра утром мы отправляемся домой. Сегодня уже слишком поздно для поездок — как я слышала — ни один кучер не согласится никуда ехать до восхода солнца. К великому моему сожалению. Ну, а дома я поговорю с родителями, чтобы они отослали вас обоих на всю зиму куда-нибудь. Хоть в ту же Исверу. Может быть, к весне о сегодняшнем забудут. Ну, я на это надеюсь.
Кайт молчит. Кайа рискует повернуться полностью, а не только наблюдать за всем краем глаза, и видит, как брат мрачно рассматривает собственные руки, а Лекки сурово смотрит на неё. Кайа виновато — насколько это возможно — улыбается. Лекки фыркает и советует отправляться спать. Им обоим.