— О её благополучии должно беспокоиться её семье и жениху, — отметает причину хаг Майгор. Шайесс даже немного сожалеет об этом. Да, вполне понятно, что никто бы не поверил в подобное, но… Вышло бы красиво. Наверное. — Кроме того, моя дочь сейчас находится дома. Под моей защитой. Так что ваше беспокойство…
— И всё же, — перебивает Шайесс, с удовлетворением отмечая, что вышло в достаточной степени нетерпеливо. Так. А теперь… — Знаете… то, что сын ныне погибшего хага Тэлэ оказался замешанным в подобное… достаточно грязное, если хотите знать моё мнение… дело — могло бы быть простым совпадением. Хотя в совпадения — особенно в такие — в Кепри мало кто верит, насколько мне известно. — Шайесс делает несколько шагов и останавливается напротив большой картины. Пейзаж. Довольно-таки реалистичный. Одна из бухт в Майгоре. Странно, конечно, что не знаменитые сады. — Но вот то, что он ни в чём не виноват… вот такая новость будет встречена столичными любителями скандалов овациями. Подумать только — дочь одного из самых влиятельных людей Мессета обвиняет несчастного парня, только что потерявшего отца… и влюблённого в неё, к слову сказать… в попытке изнасилования, — Шайесс говорит размеренно, почти не допуская в голос эмоций. Разве что периодически делает небольшие паузы — для усиления драматического эффекта. На хага Майгора он почти не смотрит. Ни к чему. Тот всё равно прекрасно умеет владеть собой. Так что ничего интересного Шайесс в нём не увидит. К сожалению. — А потом парень пропадает. Так, что никто не знает, где он сейчас находится. Я не утверждаю, что с ним что-то случилось. Нет. Я уверен, что с бедным юношей всё в порядке, и он просто дожидается справедливого суда. А найти его не могут просто потому, что вы, хаг Майгор, стремитесь предоставить несчастному наследнику семьи Тэлэ защиту до того момента, пока не будут выяснены все обстоятельства случившегося.
— Вы верно понимаете, хаг Теннери, — кивает хаг Майгор, расслабленно перекатывая на ладони стеклянный шар, меняющий цвет. Дивная игрушка… — Я стремлюсь к тому, чтобы справедливость восторжествовала во что бы то ни стало. Но я благодарен за проявленное беспокойство.
— Что ж. В таком случае мне остаётся только выразить надежду не то, что семье Тэлэ, лишившейся главы и рискующей теперь потерять и наследника, более не придётся бояться нападений бандитов. Право слово — это ужасно! За эту осень в их дом вламывались уже дважды! Мой брат настолько проникся этим случаем… знаете, он так чувствителен к слезам нашей дорогой сестры, нашедшей в лице старшей дочери Тэлэ хорошую подругу… что решил защищать их до последней капли крови. — Вот самое важное теперь — ни за что не дать Ясю узнать об этих словах. Шайесс даже не пытается представить, что в противном случае может случиться. — Насколько я знаю, он успел повесить на дом пару паутинок собственного изобретения, которые, по его словам, способны выявить всех причастных к нападению, стоит только задеть хотя бы одного.
— Вот как… — хаг Майгор поднимается из кресла, подходит к картине. Молча рассматривает её. Шайесс не мешает. Всё, что хотел, он уже сказал. Большего пока… да и зачем, если он и так уже решил, что в живых из семьи Майгор останутся Йо, предполагаемый жених для Бэрри и сам хаг Майгор, раз уж пока что его нельзя убить без последствий для одного из самых богатых лоскутов Мессета. Причём, последнего — лишь до той поры, пока его сын не примет ношу хозяина лоскута. То есть, ещё буквально на пару лет. Так что хага Майгора и остальных его сыновей не стоит вообще принимать во внимание. И договариваться с ними — тоже. — Должно быть, ваша семья невероятно горда столь талантливому отпрыску?.. Я вас услышал, хаг Теннери. Но мне кажется, что вы немного… что вы позволили себе увлечься фантазиями. Право слово — если кто-нибудь узнает, что вы верите в подобные… хм… сказки, то, боюсь, уже вашей репутации придёт конец. Хотя это будет невеликая потеря, учитывая ваше положение.
— Я ценю вашу заботу о моей репутации, — произносит Шайесс ровно. — Вы правы — увлечение фантазиями редко приводит к хорошему. Особенно если они основаны на старых легендах… Что ж. На этом позвольте попрощаться — полагаю, что и у вас, и у меня найдутся дела, что требуют внимания больше, чем исчерпавшая себя беседа.
Хаг Майгор кивает и отворачивается. Шайесс покидает кабинет и, следуя за слугой в невнятном сизом одеянии, неторопливо идёт по коридорам особняка. Какой… забавный вышел разговор. Настолько забавный, что кровь, притихшая было за последние дни, вскипает в жилах, захлёстывая разум. Требуя сию секунду вырвать сердце у идущего впереди слуги, сдавить в пальцах, наслаждаясь последними его судорожными сокращениями. Вдыхать металлический запах крови, слизывать её с пальцев. Вытянуть из удерживаемого чарами живым тела кишки и добавить их к лианам, оплётшим потолок. И подвесить аккуратно вынутые органы там же. И только потом позволить корчащемуся в агонии телу, что утратило разум от боли, умереть…