— Ох!.. Простите, хагари! Прошу вас… — девушка нервно кусает губы и порывается что-то делать, но, похоже, и сама толком не знает, что же именно. — Ой, как же это… — она приседает, чтобы собрать уцелевшие тарелки, потом бросает их обратно на пол и смотрит на испорченное платье. Тянет руки к нему и тут же отдёргивает. — Ох, как же…
— Ничего страшного, — наконец произносит Йошша. — У вас ведь найдётся комната, чтобы я могла привести себя в порядок?
— А? Ах, да. Разумеется. Прошу вас…
Девушка оставляет битую посуду на полу и ведёт Йошшу и Кайта в сторону одной из дверей. Кайт сомневается, что ему стоит заходить вместе с Йошшей, но та решительно стискивает его руку и тащит за собой. Кайт чуть пригибается, чтобы не задеть низкий потолок. Йошша закрывает дверь и начинает рыться в сумочке, когда Кайт чувствует головокружение. Он прислоняется к стене, чтобы не потерять равновесие окончательно, когда глаза заволакивает пелена. Он ещё пытается сделать хоть что-то, но сознание уплывает.
Приходит в себя он от сильного удара по рёбрам. Пытается пошевелиться, но ничего не выходит — тело не слушается совершенно.
— И долго он будет так валяться? А? Йо, не просветишь?
— Я не знаю, — неуверенно произносит Йошша где-то позади Кайта. Он пытается повернуть голову или хотя бы открыть глаза — бесполезно. — Я… почему ты меня об этом спрашиваешь?
— А кого же ещё? Сестрёнка, — ядовито начинает неизвестный, — ты вызываешь нас с Йорто через кристалл, рыдаешь и требуешь спасти тебя. Мы бросаем все дела и мчимся через весь город… И что мы находим?
— Дорогую сестрёнку в разорванном платье и исверца, валяющегося без сознания, — заканчивает третий голос. — Йо, как ты ухитрилась вляпаться в подобное?
— Я… я не знаю. Это какое-то… это… он был таким милым, учтивым. Мы ходили по ярмарке, потом зашли сюда. И это недоразумение со служанкой… А потом… а потом он просто превратился в чудовище! Накинулся на меня, разорвал платье и… и… если бы не та девушка, что ударила его по голове подносом… Мне страшно представить, что бы со мной было.
— Зачем ты вообще потащилась… не кривись, Ноэр… пошла на ярмарку с каким-то исверцем? Тем более — с сыном нашего конкурента!
— Я… я не знаю, — шепчет Йошша.
Кайт пытается сделать хоть что-то, но тело по-прежнему не слушается. Он не может даже застонать. Остаётся только слушать. Но почему Йошша говорит такое? Она ведь лжёт! И… Кайт понимает, что срочно должен вернуть контроль над телом. Знать бы ещё — как это сделать.
Тем временем разговаривающие замолкают, из-за чего Кайту остаётся только гадать, что же происходит. Потом раздаются шаги. И вновь удар по рёбрам. Твари. Странно, правда, что не по животу… Кайт надеется, что вот-вот придёт в себя — он уже может слегка пошевелить пальцами на правой руке. Жаль только, что этого явно недостаточно, чтобы освободиться. Но теперь понятно, что это лишь дело времени. Стоит вознести хвалу Сёстрам за то, что он — исверец. Только бы вернуть контроль — и братцам Йошши сильно не поздоровится.
— Ладно. О твоём поведении с тобой будет говорить отец, — произносит один из братьев. Кайт не понимает — который. Да это и не так уж и важно. — Я тебе обещаю, Йо. До самой твоей свадьбы ты никуда не выйдешь без одного из нас… ну, либо без Чейра, раз уж он решился на тебе жениться. Это тебе понятно?
— Да, — невесело отвечает Йо.
— Что же до исверского ублюдка… — голос на несколько мгновений замолкает, словно бы его обладатель раздумывает над тем, что сделать с Кайтом. Кайт напрягает мышцы рук, стараясь вернуть себе подвижность как можно скорее. — Отправлю его в Когго. У нашего знакомого как раз не хватает рабочих рук.
— Ты думаешь, тебе это позволят? — скептически уточняет второй брат. Его голос раздаётся прямо над головой Кайта, который сжимает в кулак ладонь левой руки, которая зажата между полом и боком. Ещё совсем немного… — Всё же он — представитель другого государства. Скандал сейчас никому не нужен. Кроме того…
— Он пытался изнасиловать нашу сестру, Йорто! — резко обрывает его Ноэр… кажется. Кайт не уверен, что правильно запомнил имя. Да и не так уж и важно — он никогда не пытался различать майгорских выродков. Зачем? Их всё равно слишком много, чтобы тратить время на подобное… Изнасиловать?! Но… он же не… Кайт дёргается. — Сам знаешь, чем карается подобное. Да за одну только мысль о подобном я бы содрал с этого животного кожу живьём! Но… но я буду действовать по закону — он на нашей стороне. Что до остального… помнится, у отца были специальные кандалы как раз для исверской нелюди. Так что ублюдок не доставит никаких проблем. Ну, а Исвера… они отнесутся с пониманием, если не хотят скандала… О, кстати. Навесь на него ещё пару паутинок. Эта уже почти истаяла, судя по тому, как он дёргается.