Кайа второй раз за ночь вооружается шпилькой, чтобы на этот раз проникнуть в собственный дом. Перед тем, как закрыть за собой дверь, она замирает, чувствуя пристальный взгляд. Оборачивается, всматриваясь в темноту, но никого не видит.
Показалось?
Поднявшись к себе, Кайа, не раздеваясь, падает на кровать и засыпает.
***
Ива рассматривает снег, который уже несколько дней как перестал таять. Как же это всё-таки красиво! Жаль, что такого никогда не бывает в Дайвеге… Хотя, может быть, и бывает — где-нибудь на самом верху. Там, куда никто и никогда не поднимается. Вот интересно — почему? И не просто не поднимаются — ни у кого и мысли такой не возникает! Ива вздыхает. Отлепляется от окна и медленно бредёт по коридору. По правде сказать, в этой части замка её и вовсе быть не должно, но из верхней галереи всегда был самый лучший вид на окрестности. Лучше только не вершине западной башни, конечно. Но там сейчас уже холодно. Да и запирают её всегда. Пусть это и не было никогда препятствием, но тратить время на то, чтобы идти через весь замок, пусть он и не сравнится по размерам даже с одним-единственным ярусом в Дайвеге… да даже с одним этажом академии не сравнится!.. Подниматься на самый верх и взламывать замок только для того, чтобы полюбоваться видом? Рискуя быть пойманной? Да ещё и мёрзнуть при этом? Нет уж!
Ива прогулочным шагом идёт вдоль бесконечного количества портретов, развешанных по стенам. Предки нынешнего хага Когго. Дальние и не очень. На взгляд Ивы — на редкость неприятные. Как и сам хаг Когго… пусть и нехорошо так говорить о человеке, благодаря которому и она, и вся её семья не побираются на улицах Нахоша, чтобы не помереть с голоду. Только он ей всё равно не нравится.
Ива наслаждается тишиной, которой почти не бывает в Дайвеге. Во всяком случае, на тех ярусах, куда позволено ходить обучающимся в академии… то есть, не то, чтобы в другие места ходить запрещено, просто — не принято. Либо опасно, как, например, все ярусы, находящиеся ниже уровня земли. Ива хоть сейчас может припомнить с десяток страшных истории о чудовищах, что там обитают, и о тех дураках, что пренебрегли предостережениями и отправились туда… Впрочем, какое Иве дело до обитающих в подземельях чудовищ? Особенно сейчас, когда она находится за три десятка дней пути от этого самого Дайвега?
Ива поворачивает влево, оказываясь на балкончике под самым потолком главного зала замка Когго. Пересчитывает свечи на главной люстре — не хватает двух. Если припомнить старую игру, которую они с Ольхой придумали в детстве, это означает важную встречу в течение десяти дней… О какой встрече может идти речь в крохотном замке вдалеке от любого важного города? Линн уже спят… Ива качает головой и покидает балкончик. Доходит до винтовой лестницы и начинает медленно спускаться. Если сейчас, на семнадцатой ступеньке шагнуть в нишу, то можно попасть в одну из комнат для гостей… Гости, как правило, об этом не знают — это ход для слуг. Как, собственно говоря, и сама лестница. Сейчас комната должна пустовать. Те гости, что появились в замке в день приезда Ивы, предпочитают жить в Нахоше. Так что, наверное, Ива никому не помешает, если ненадолго заглянет сюда? Проверит один из тайничков…
Как же всё-таки скучно не заниматься ничем! Ну, не чаровать же, в самом деле, дни напролёт? Так и с ума сойти можно, право слово. Тем более, что не так уж и много чар Ива знает на данный момент. Только базовые, как и все, с кем она обучается вместе. А это скучно ещё больше, чем бездельничать. А всем прочим Ива сейчас не может заниматься — хозяин официально освободил её от всех работ после того, как она была зачислена в академию. Ну, с расчётом, что Ива после окончания обучения всё отработает. Ещё и оплачивает половину стоимости обучения… только он всё равно ей не нравится.
Ива входит в комнату, отводя тяжёлые бархатные занавески, и замирает на половине шага.
Это… Ива моргает, отказываясь верить в то, что видит.
Это… В кресле перед горящим камином, который в окрестных землях совсем не роскошь, сидит хаг Когго. На его коленях — Ива моргает ещё раз, надеясь, что ей просто показалось — расположилась Лилия. Лиф её платья расстёгнут до самой талии так, что виден живот и грудь, которую сжимает ладонью хаг Когго. Вторая его рука находится под задранной юбкой Лилии. Ива машинально отмечает белые шёлковые чулки наподобие тех, какими хвасталась Ёнь. Дорогие. Хаг Когго целует Лилию, которая прижимается к нему. Ива зажимает рот рукой, чтобы не выдать себя, но поздно. Лилия открывает глаза как раз тогда, когда Ива делает шажок назад. Хотя, возможно, надо было бы дать этим двоим знать, что их застукали?