— Не кричи, разбудишь Ингрид. Если тебе так хочется отчитать меня, можешь подойти поближе.
Лежащий мужчина в тёмной комнате, предлагающий подойти поближе — очевидная ловушка для юных дур, но Адель не считала себя таковой, и она знала Берингара: он не станет обманывать, к тому же раненый. С вызовом во взгляде она подошла и села, принципиально на краешек дивана, на котором он лежал. Вблизи следопыт выглядел хуже, чем раньше, но тёмной боли не излучал: выведенная порча оставляет следы на истерзанном ею теле, но изнутри больше не вредит.
— А вот и подойду. Ты меня слушал?
— Слушаю.
— А должен спать.
— Лежать, — поправил Берингар. — Если б мне нужно было спать, я бы попросил тебя уйти. Хотя, раз на то пошло, тогда меня бы потрудились перенести в спальню. Некоторые виды мелких проклятий требуют неподвижности, раз мне оказывали помощь в этой комнате — здесь мне и быть до утра. Ты запомнила, как это делается?
— Я не видела, — призналась Адель. — Юрген… твой отец оставил меня наверху.
— Возможно, это было ошибкой. Мне не нравится, что никто из наших не способен справиться с такого рода бедой, я и сам не знал бы, как поступить. Тебе известна разница между проклятием и порчей?
Адель сосчитала до десяти и выдохнула. Не злиться было трудно, но теперь Берингар, раненый и неподвижный, собирался прочесть ей лекцию. Посреди ночи. В своём доме.
— Насылаются они одинаково, и это всё, что надо знать…
— Лучше бы знать, как они сводятся. Если сводятся.
— Ты всегда такой зануда?
— Нет, — серьёзно ответил он. — В полнолуние — нет.
Адель скептически выгнула бровь и столкнулась со слабой улыбкой. То, что он пошутил, дошло не сразу. Адель всё больше убеждалась, что по пути случайно стукнула раненого по голове — препятствий было достаточно, и всё же она не могла не заметить, что улыбка, даже мимолётная и тонкая, как полумесяц, сделала красивее это лицо, обычно застывшее в своей холодности.
— Ты хотела что-то спросить?
— Не-ет, — протянула Адель. Ей пришло в голову, что это намёк на поздний час, но она одёрнула себя: это же Берингар, какие намёки. — Нет, ничего, кроме стихов. Мы… мы уходим утром, да?
— Полагаю, да, — Берингар протянул руку и взял что-то со столика, это были карманные часы. Положил на место, потянулся, снова уложил голову на подушки. — Возможно, тебе это не нужно, но я всё равно скажу: если ты хочешь что-то узнать, я отвечу в любое время.
Всё-таки он на что-то намекал, и весьма прозрачно. Адель задумалась. Обо всём, что связано с миссией и Гёльди, уже узнавал брат, говорить о шабаше было поздно — он уже прошёл и даже удачно, но ведь что-то было… Адель вздрогнула и незаметно для самой себя сгорбилась сильнее (она часто сидела так, опустив голову и подняв плечи, за что получала легонько от брата по спине). Кое-какой эпизод выпал из её памяти, и только Берингар мог его восстановить. Хотелось ли ей знать правду или нет? Все, кого она знала, выбрали бы правду, даже Арман.
— Принеси мне ту книгу, пожалуйста.
За то время, что Адель шла до шкафа и обратно, она немного успокоилась и взяла себя в руки. Нужна ли Берингару эта книга или нет, отсрочка пошла всем на пользу.
— Спасибо, — он взял фолиант, отлистал несколько страниц длинными пальцами. — Света не нужно, я знаю её наизусть. Давно не держал в руках. Надеюсь, ты тоже ответишь на один вопрос? Что я пропустил, начиная с момента, когда нас пустили в дом?
— Ты потерял сознание почти сразу, — послушно заговорила Адель. Приказной тон Берингара действовал на всю команду одинаково и безотказно — пришло время докладывать. — Мы суетились и не знали, что делать. Арман и Лаура с писарем были с хозяевами, мы с Милошем остались с тобой, но никак не помогли. Зелья не пригодились… потом Милош ушёл, пришёл Арман, дал ключ, всё мне объяснил.
— Почему не наоборот?
— Так получилось, — Адель поняла, что ей совершенно не хочется объяснять своё поведение, и соврала: — Мы перенесли тебя сюда, а потом Арман сразу ушёл, ему было пора. Они не виделись с твоим отцом.
— Понятно, — по лицу Берингара никак нельзя было понять, поверил он или нет, но, кажется, поверил. Адель стало немного совестно, но не признаваться же, что она притащила его на руках! Это что вообще такое? Ему точно не понравится. Как рыцарю. — Я очень благодарен вам обоим.
— Не за что… — стараясь отвлечь его от собственной лжи, Адель собралась с силами и произнесла: — Когда я разнесла собор, это ведь ты меня потом искал… и нашёл… Как это было?