С некоторым, практически суеверным ужасом я разглядывал труп маленькой девочки истерзанный тёмной магией.
Знаете, каждое действие имеет свои последствия, но я бы никогда не подумал, что магический предмет повышающий сродство с Тьмой будет использоваться так, как его применили. У неё не было сердца, лицо застыло в такой жуткой гримасе, что даже мне, достаточно опытному Некроманту было не по себе. Конечно это могло быть лишь совпадение, вот только сначала я отдал пальцы мертвеца одному помощнику Вислоухого, а после спустя заметное время другой его помощник, прячет труп от силы пятилетней девочки истерзанный грязной тёмной магией. Вывод напрашивается сам собой. ЧТО ЗА ЧЁРТ?! ВЫ ТВАРИ СОВСЕМ СТРАХ ПОТЕРЯЛИ?! Бордель где продают маленьких детей не должен существовать в принципе. Бордели сами по себе тот ещё ад, особенно за стеной, но Вислоухий держит настоящий ад для детей... Перебил там всех, но нельзя. Я не знаю как выглядит сам Вислоухий. Да и тот факт, что это гнездо кошмаров находится за городскими стенами говорит об очень серьёзных покровителях. Как ни прискорбно, бордель уничтожить сейчас нельзя, сначала нужно найти тёмного мага. Вот только, зная технику безопасности города от тёмной магии, тут можно при желании спрятать черный ковен. И возможно он уже есть.
Не понимаю! Просто не понимаю, как в городе скопилось столько грязи? Как бы это не было иронично, но у некромантов чище.
Я не стал предъявлять к Костолому или к Вислоухому претензий? Зачем делать что-то настолько бесполезное? К тому же Костолом мог быть и не при делах. Можно было поступить проще. Пару услуг Костолому и я получил в своё распоряжение десяток желанных мне жертв. "Наш сыночек
поспевает..." Проклятые каннибалы! Впрочем, для моего особого ритуала это самый подходящий материал.
Тело растерзанной девочки хотелось спрятать и похоронить, но я сдержал свои порывы.
В Некромантии есть множество интересных проклятий. И десять жертв были тем, чем я впритык могу поднять Духа Мщения. Жизни детоубийц самый лучший корм для духа моего мстителя. Девочка мертва и даже я попытаюсь вернуть её душу, это она будет увечная. К счастью, для проклятия это и не нужно. Боль, смерть, страх, негативные эмоции - всего этого достаточно, чтобы призвать тень, некую смесь астрального и эфирного трупов. Я уже применял похожую технику для поиска, сейчас же всё было серьезнее. Конечно мне хотелось вложить жизней двадцать в создание Духа Мщения, но даже так этого хватит.
Подготовка к ритуалу прошла рядом с местом формирования Тёмного Ихора, столь темную магию скрыть куда проще, если она находится в одном месте. Истерзанное тельце девочки занято центр магического Круга, а по его краям расположилось десять жертв, что должны были вскормить моё живое проклятие. Древние слова сами стали слетать с моего языка, в них я вкладывал ненависть к тем кто убивает детей, свою жажду мести, за моего нерождённого ребенка, жажду мести и ненависть... Мою лютую ненависть к мразям, что творят подобное.
Над телом девочки сформировалась её призрак. Серый и бездушный, её плач разносился по всей лаборатории, и с каждым мои словом, плач всё больше походил на нечеловеческий крик.
Бездушная тень менялась, её собственная обида и жажда отмщения наполнялась моей жаждой мести и просто лютой ненавистью. Такое существо могло бы родиться в месте мучений множества людей, моё же детище наполнялось ненавистью одного Тёмного Мага. Девочка приобретала всё более жуткие черты. Её облик менялся, пока наконец не стал по-настоящему чудовищным. Она оглушительно закричала, и я закричал в ответ.