А Али сказал, что нужно непременно созвать владык этого места, и чтобы исполнить это, Шеп и Шушан отправились в город и там говорили искусно и убедительно. Так они сказали, что Али, известный своей мудростью, изобрел некий оригинальный метод, который, несомненно, принесет большую пользу Англии. И, услышав, что он ничего не просит за свое изобретение, а ищет только пользы для людей, владыки согласились встретиться с Али и поговорить о его предложении. И все они вышли к Али.
И, обратившись к ним, Али сказал так:
— О, владыки места сего! В книге, которая известна каждому человеку, рассказывается, как некий рыбак, забросив в море невод, выловил медный кувшин; когда же он вытащил пробку, из кувшина вырвался ужасающего вида злой дух, и был он как дым, заволакивающий небо. Тогда рыбак…
Но владыки сказали:
— Мы знаем эту историю.
А Али ответил:
— О том, что случилось с тем духом после того, как его благополучно бросили обратно в море, не может достоверно судить никто кроме тех, кто посвятил себя изучению демонов, и конечно, об этом не может знать ни один из смертных; лишь тот факт, что пробка от кувшина, которую и по сей день украшает священная соломонова печать, сохранилась, может быть известен людям.
И видя, что владыки сомневаются, Али достал свой узелок и стал один за другим развязывать многочисленные шелковые платки, пока не предстала пред ними печать, и некоторые из владык узнали ее, а некоторые — нет.
И они с интересом разглядывали ее и внимали Али, и Али сказал:
— Прослышав о том, как плохи дела в Англии, — о том, что дым затянул огромные пространства, и трава (как говорят) местами стала совсем черной, а так же о том, что, несмотря на это, ваши фабрики продолжают расти и множиться, а шум и суматоха стали таковы, что у человека не осталось времени для песен, я решил придти, как просили меня мои добрые друзья лондонский цирюльник Шушан и зубной техник Шеп, чтобы помочь вам исправить это.
И они спросили:
— Где же твое изобретение и в чем заключается твой метод?
А Али ответил:
— Разве не показал я вам только что пробку от кувшина, и на ней, — как видно каждому доброму человеку, — священную печать? В Персии я узнал, что ваши поезда, которые увеличивают суматоху, перевозя людей с места на место, а так же заводы, копающие шахты машины и другие приносящие зло вещи — все до одной порождены и приводятся в действие паром.
— Разве это не так? — вставил Шушан.
— Воистину так! — подтвердил Шеп.
— Таким образом совершенно ясно, — продолжал Али, — что главный демон, который так досаждает Англии, который причинил ей великое зло и который сгоняет людей в города и не дает им ни минуты передышки, это злой дух Пар.
И властители того места хотели возразить Али, но один из них сказал:
— Давайте все же выслушаем его; быть может, это изобретение поможет усовершенствовать наши паровые машины.
И им, внимающим, Али сказал так:
И вот, ведомые Али, все трое отправились в Мидлендс
— О, владыки места сего! Пусть сделают сосуд из крепкой стали, ибо у меня нет бутылки для моей пробки; когда же это будет исполнено, пусть все поезда и заводы остановятся на семь дней, и пусть прекратится рытье шахт и прочие дурные дела, которые можно делать при помощи пара, а люди, которые ухаживают за машинами, пусть идут по домам. Стальной же сосуд для моей пробки я оставлю в подобающем месте. Когда главный злой демон Пар не найдет ни заводов, ни поездов, ни паровых сирен, ни шахт, в которые он мог бы вселиться, тогда в одну из ночей — отчасти из любопытства, отчасти по привычке к стальным котлам — он непременно войдет в сосуд, который вы сделаете, и тут я выскочу из укрытия и заткну сосуд пробкой, связав духа священной печатью, принадлежащей самому царю Соломону, и отдам вам, чтобы вы могли бросить его в море.
И, отвечая Али, владыки промолвили:
— Но что мы приобретем, если лишимся нашего имения и перестанем быть богатыми?
А Али сказал:
— Когда мы бросим этого демона в море, к нам снова вернутся леса, заросли папоротников и все другие прекрасные вещи, которыми так богат мир; маленькие веселые зайчата будут возиться и играть, в холмах снова зазвучит музыка, вместе с сумерками будут приходить тишина и покой, а после сумерек в небе засияют звезды.
— Воистину, — добавил Шушан, — люди опять будут танцевать.