- Не можешь выбрать? – это был риторический вопрос: его горящие и растерянные глаза говорили вполне красноречиво.
Мальчик развёл руками, окидывая полки взглядом, а затем поднял вверх большой палец, остальные сжав в кулак. Это должно было значить, что всё на этих полках - великолепно.
- Да уж, сложно отобрать лучшее из лучшего, - согласился я с ним. – Но что-то всё же нужно взять.
Кивнув, Миха выбрал с десяток увесистых томиков с фамилиями, известными даже самым ярым нечитунам.
- Уверен, что утащишь всё? – снова кивок, сопровождавшийся крайне довольной моськой. – Хорошо. А теперь – ещё одна остановочка, тут рядышком совсем.
Игрушки, впрочем, не так сильно привлекли Миху, хоть он и выбрал плюшевую огромную лису и пару головоломок. Серьёзный парень. Напоминает… Горбача…
В воздухе раздался тихий свист, напоминающий хлещущий звук кнута или розг. Чёрт!..
- Ложись!.. – заорал я, швыряя пацана под полку с игрушками и заваливая его ими сверху. Времени оставалось всё меньше, и я рухнул под соседнюю полку, рукой обрушивая на свою спину игрушечный град. – Замри, вообще никаких движений или звуков, даже дыши осторожно!.. – выпалил я на одном дыхании и сам тут же последовал своему совету. Репа вместо головы, не заметил рейд-ловушку!..
Да, об этом я вам ещё не говорил, но всё к этому и шло. Моя осторожность была направлена не столько на избегание других выживших, сколько на избегание рейдов.
Свист усиливался, а я с ужасом вспоминал оставленные на пыльном полу следы. Хоть бы не заметил… косяк…
Послышался звон разбитого стекла: охотничьим системам всё равно, как проникать в помещение, даже если придётся для этого снести полздания - снесут. Вскроют как ржавую консервную банку с полтычка. Сердце билось оглушающим набатом, а дыхание предательски сбивалось. Надеюсь, малышу не слишком страшно…
Механический скрежет раздался прямо возле моего убежища, отчего холодная дрожь осыпала спину. Только не шевелись… Я перевёл взгляд в крохотное отверстие между игрушками, увидев то, что и предполагал увидеть. Система охоты извивалась, пытаясь отследить движения.
Эта бездушная машина представляла собой сеть множества гибких щупалец, простирающихся на значительные расстояния от центрального сферического тела охотничьей системы. Отростки, толщиной с человеческую руку, состояли из металлических сегментов, как членики насекомых, и извивались с жуткой грацией живой змеи. Концы щупалец были снабжены хватательным механизмом, который в сложенном виде придавал щупальцам ещё большее сходство со змеями. И лучше было не попадаться в эту металлическую пасть – в самом центре трёх хватательных лепестков (цветок зла!) трепетало длинное, тонкое, и гибкое жало, готовое впиться в любой движущийся объект, чтобы вколоть тому препарат, отрубающий живое существо в считанные секунды. Хасс – так прозвал я эту змеевидную скотину. К счастью, пока она реагировала только на движения и звуки и фиксировала любые изменения, произошедшие в местности, будь то передвинутый ветром мусор или неосторожно оставленный кем-то след на влажной земле. В проклятой корпорации отчего-то не додумались сделать на этот клубок смерти тепловизоры. И хорошо, и пускай не додумываются. Я видел, как эта тварь среагировала на бегущую по улице крысу… Хоть бы не оказаться на её месте…
Внезапно звук стал значительно выше, начал резать слух, как если бы кто-то начал скрежетать металлом по стеклу. Этот ужасный шум перемежался с высокочастотным свистом, резко обрывающимся и сводящим с ума. Представьте себе нечто среднее между криком пронзительной сирены и звуком разрываемого на куски металла, тогда получите самое малое представление о том, что приходилось слышать нам. Короткий и физически неприятный звук ввинчивался в мозг, парализуя. Воздух дрожал, словно даже ему было мерзко передавать через своё необъятное мягкое тело этот кошмар. Что там происходит?..
Трёхлепестковая голова крутанулась в сторону полки, под которой притаился Миха. И я оцепенел от ужаса: какая-то из игрушек не выдержала и предательски скатилась с прикрывающей мальчика плюшевой горы. И, конечно же, Медвежонок инстинктивно попытался её поймать, видя её поползновения к побегу, а теперь… А теперь застыл с остекленевшими от ужаса глазами – кролик перед змеёй, готовящейся к смертельному броску. Нарастающий мерзкий звук стал прерываться, имитируя щёлканье – система зафиксировала цель.