На этот раз девушка уже не удивилась.
– Ментальное колдовство требует сильного контроля над магией, почти хирургической точности. А если будет бой, то кто даст тебе сосредоточиться? Только спустя месяцы – а то и годы – тренировок ты сможешь побеждать врагов одним взглядом. Например, если на тебя сейчас нападёт Алекс, то ты с ним ничего не сделаешь, несмотря на то, что его пульсары всё ещё оставляют желать лучшего.
– Хэй! – возмутился брат, утирая со лба испарину. Ничем ей не угодишь.
Мы недолго переводили дух. Я тёрла виски, а брат вернул койку на пол и растянулся на ней, тяжело дыша. Ханна сходила для нас за водой и лёгким перекусом в виде долек яблок. Потом, когда убедилась, что мы вновь в состоянии учиться, командным голосом велела:
– Адель, – её палец показал на меня, – учится внушать свои мысли. Или просто делать так, чтобы мы их услышали. Алекс, – палец переместился на брата, – учишься ставить щиты. Сейчас объясню, как это делать эффективнее…
Опять села по-турецки и подперла подбородок кулаком. Скукотища. Но заниматься надо, вдруг при должном усердии стану сильной. И пусть что моя магия выглядит не так потрясающе эпично, как у брата, зато ментальное колдовство тоже очень интересно.
Ханна стала показывать какие-то пасы руками. Она оказалась отличным учителем, хотя сама сейчас магии не имела и вообще работала с Хаосом. Ей всё равно удавалось объяснять принцип работы Порядка. В мыслях она думала, как бы «вывернуть» уже знакомые ей приёмы, чтобы они были пригодны для магов противоположной стороны. Один раз она даже просила консультации для нас у анжекровных, но те послали её далеко и по горам. Что-то мне подсказывает, что на деле не так и хорошо анжекровные относятся к краснокровным даже в самом Анжхельме. Я видела презрительные взгляды в сторону Ханны. Её не особо спасал даже тот факт, что она помогала выживать двум незнакомым херувимам вопреки всему.
Что же ты от меня скрываешь на счёт твоего житья в Анжхельме? Тебя точно примут? Если нет, не бойся, мы тебя не бросим, – попыталась я спросить ментально у Ханны. Но её мысли всё также были сосредоточены на брате, она даже головы в мою сторону не повернула. Попытка номер два: – Ау-у! Есть кто дома?
Судя по всему, кто-то есть, однако меня не слышат. Что ж, вечер перестаёт быть томным…
Стучусь к Алексу, не пытаясь придумать ничего лучше, чем…
Алё, гараж!
Как раз в этот момент Ханна кидала в синий щит брата сапог, но мой мысленный импульс успешно дошёл до Алексея, так что он потерял концентрацию, и обувь прилетела ему в лоб.
Выглядело комично, так что не получилось сдержать смешка. Зря. Теперь я себя выдала, Алекс кровожадно покосился на меня, сквозь зубы матеря сапог. Протянул:
– Ты вообще не чьей стороне?
Ханна тоже хохотнула.
– Ладно, Адель, ты небезнадёжна. – И по пострадавшему лбу брат теперь получил обидный хлопок. – А вот тебе смертельно опасно терять бдительность. Ставь щит обратно, немедленно!
– Извиняюсь! – вспыхнул он. – Когда тебе в голову орут «Алё, гараж!», ты остаёшься спокойной?
– У меня она спрашивала кое-что более серьёзное, но я не реагировала. Учись. Адель, продолжай.
Ого.
То есть, я всё-таки до неё дотягивалась, но у нашей подруги такая мощная выдержка, что мне даже не удалось понять – получилось у меня или нет.
Дальше целый час мы развлекались тем, что я ментально рассказывала им анекдоты, а они пытались делать вид, что игнорируют меня. Под конец моя голова ужасно разболелась, но я ни о чём не жалела. Сегодня добилась большого прогресса в использовании магии. А уж когда даже Ханна расхохоталась, решила, что теперь-то уж точно стану крутой магичкой и могущественным херувимом. По крайней мере, самым юмористичным херувимом – сто процентов.
«Сынок, садись за руль. – У меня прав нет. – Так я напился! – Так я тоже! – А у тебя нечего отбирать. – Логично, кстати».
Алекс ржал как конь до икоты, к нам даже заглянула одна из анжекровных, чтобы удостовериться, что у нас тут всё нормально.
***
Ночь. Завтра утром должны взорвать шахты, анжекровные приказали нам приготовиться к скорому выезду из укрытия. Я сидела на койке, прислонившись лопатками к стене, и размышляла. Если бы кто-то подслушал мои собственные мысли, то решил бы, что я молилась. Молилась о наших с Алексом жизнях, о светлом будущем или хоть о возможности выжить. Меня кидало от отчаяния к надежде. Может, в Анжхельме нас хорошо примут и помогут обустроиться? Но если верить прогнозам Ханны, то мы будем жить буквально рядом с королём, потому что из нас захотят сделать его голоса. Я не против. Лишь бы жить.
С другой стороны, мы пока не покинули пределов Детриона. А это на данном этапе – самое важное. Оставаясь здесь, мы подвергаемся опасности каждую секунду.