Я попала в фантастику или фэнтази? Вот всё ещё не могу решить. Технологии тут присутствуют, но и магию никто не отменял.
Глубоко вдохнула, успокаивая бешено бьющееся в груди сердце. Порядок накрыл меня каким-то пледом спокойствия и прохладной уверенности. Ханна одобрительно кивнула.
– Так лучше. Так зачем ты меня звала?
– Мне нужна твоя помощь. – Ещё некоторое время изучала мыли подруги, выискивая хоть малейший повод для сомнений. Я совсем забыла, что ей едва ли легче воспринимать похищение Алекса, чем мне. – Ты любишь моего брата?
– Адель, – вспыхнула Ханна, мгновенно потеряв вид суровой воительницы. Её щёки так и вспыхнули маками. – Он мне небезразличен.
Я кивнула своим мыслям.
– Значит, любишь.
– Адель!..
– Ты не аделькай мне тут. – Я задумчиво уставилась в окно. Понизив голос, сказала: – У меня есть план, но нет времени на его осуществление.
Ханна, разумеется, обо всём сразу догадалась.
– Ты уверена, что твоё вмешательство в спасение Алекса столь необходимо?
– На двести процентов.
– Я знаю, что тебя отговаривать бессмысленно, – вздохнула Ханна. – Так каков же план?
Вечером Михай лично зашёл, чтобы встретить меня. Подруга помогла мне подготовиться к этому вечеру, так что была одета в милое вечернее платье серебристого цвета. Я редко красилась, из-за чего ловить собственное отражение в зеркале было непривычно. На моих руках были красивые кружевные перчатки. В этом мире дамы часто их одевают, вероятно, по той же причине, по которой мне приходится закрывать свою правую ладонь. Вернее, метку мага Порядка на ней. Она всё такая же чёрная и уродливая. В форме некрасивой деформированной спирали. Но сейчас и она была скрыта изящным кружевом, следовательно, я точно могла идти и покорять мужские сердца.
Демон осмотрел меня.
– Роскошно выглядишь.
Я улыбнулась, чувствуя себя одной из своих любимых кукол. Бессознательная улыбка и пустой взгляд, но яркая и эффектная внешность затмевают все недостатки. Вот король не обратил. Никакого чуда, друзья мои. Я прикинулась очередной богатой аристократкой с золотым ветром в голове, а демон был доволен этим как кот, объевшийся сметаны. Михай был из тех, кому в целом-то плевать, личность вы яркая, застенчивая или таинственная.
Во время нашего свидания он много задавал вопросов. Много говорил о своей стране, своём мире. Однако от наших разговоров я не узнала его лучше. Король же ни разу не спросил моего мнения, моих чувств или отношения к каким-либо вещам. Я для него стала говорящей оболочкой с красивой моськой.
Хотя нет. Неправильно утверждать, будто я ни капли не узнала короля лучше. Потому что мне удалось поймать очень интересное свежее воспоминание, которое он очень тщательно от меня прятал.
– Брат, послушай! Ты же чуть не вознёсся! – бушевал Итан, расхаживая перед Михаем. – Думаешь, я один заметил твои фиолетовые глаза? Один почувствовал, как значительно ослабел твой Хаос, каким порядочным и контролируемым он стал?!
– Не один, – вставил Брай, вольготно расположившийся в кресле. – Как помнишь, именно я заострил внимание на данной проблеме.
Впрочем, на этого демона всё равно не обратили внимания.
– Подумать только, – пробормотал Михай. Его глаза уже вернули прежний цвет, снова став красными. – Не одни ангелы способны пасть. Демоны могут вознестись.
– И чему ты рад?! – рявкнул Бой, останавливаясь близко с королём. Светлые волосы младшего брата торчали в воинственном беспорядке. – Я сделаю вид, что ничего не видел и не слышал, поскольку уехал на фронт. А ты, Брай, бухал с заката до рассвета и тебе лишь привиделось.
Брай поднял руки вверх. Он ухмылялся.
– Полегче, малыш. Видишь ли, я-то буду молчать, но твой брат выглядит каким-то очень уж довольным и не особо удивлённым.
– Верно, – тонко улыбнулся король. – Я прочёл об этом в одной книге.
– В какой? – ожидаемо заинтересовался Итан.
– Один из дневников Рурсика Иконописаца. Как вы помните, он не только создавал иконы, выискивая информацию об ангелах, святых и падших. Вдобавок он многое написал, что, разумеется, запретили распространять в Детрионе. Однако я порылся в семейных архивах. Итан, наш прадед – придурок! Он запер труды Иконописца в самом дальнем углу и даже не удосужился прочесть, что писал этот удивительный человек.
– Не совсем человек, – поправил Брай. – Рурсик верил, что его рост, долгая жизнь и сила обусловлены происхождением его отца.
Михай и Итан удивлённо уставились на О’Рандалла. Тот фыркнул.