– Нет. Когда ещё верил, что смогу отказаться, то мечтал стать учёным. Мне нравилась молекулярная физика. Хотелось что-то открыть. Или хотя бы больше знать.
Я чуть не споткнулась. Вот общее! Физика! Во мне что-то затрепетало против моей воли.
– Только про молекулы нравилось? А другие разделы не зацепили?
– Зацепили. А тебе бы хотелось что-то лучше узнать? Из любой науки, не обязательно физику.
Я чуть призадумалась, хотя уже знала ответ. Вот только это был мой маленький секрет.
– Мне интересно узнать больше об огне. О плазме. В школе такого мы не проходим, а на дополнительных занятиях говорили, что такое изучают только в вузах, мол, если не собираетесь углубляться, то и не стоит в эти дебри лезть.
И случилось невероятное. Михай вдруг стал читать мне лекцию про плазму. Я оценила попытку объяснить всё, попыталась вникнуть, но с сожалением призналась самой себе, что моих знаний пока не достаточно, поэтому мы отложили эту тему.
Далее мне предложили взять вафли с мороженым в кофейне-кондитерской а-ля «Кофе с собой». Сначала думала отказаться, поскольку куда-то пропал аппетит, но потом ещё подумала и решила согласиться. Стоило лишь увидеть эту сотню вкусов мороженого, как слюнки сами собой потекли. Я выбрала сыр-шоколад, а Михай взял себе голубое с лесными ягодами.
– У меня есть к тебе вопрос, если ты не против, – сказал Михай, когда я с удовольствием отправляла в рот очередную ложку горячей вафли с мороженым. – У тебя были в том мире друзья? Какие они?
Проглотила вкуснятину. Подумала и ответила:
– Да. Про Алекса ты и так знаешь. Других друзей не так и много, но это были лучшие и самые верные мне люди. По большей части они мои одноклассники. Всегда могли прийти друг другу на помощь, порой смешно вредничали или шутили. В праздники мы обменивались подарками и отмечали события с размахом, с каким только могли. А ещё у меня был пёс Бакстер. Он спал со мной и будил меня вместе с будильником. Любил выть на любую музыку, которую слышал, так что телефонный или дверной звонок просто невозможно было не услышать. Хотя… с его-то басом он не столько выл, сколько гудел.
Видимо, Михай представил себе такое и улыбнулся.
– Весело тебе было.
– А у тебя не было домашних питомцев?
– Ну… – Он посмотрел на небо, задумчиво выдохнув. – Был, но недолго. Какой-то правитель-сосед подарил мне экзотическую змею, когда я был ещё мелким кронпринцем, а Итан бегал по дворцу, сверкая огромным памперсом. Змея была интересная, чёрная с цветными переливами, словно её облили нефтью. Очень ядовитая и длиной где-то полтора метра. Но такие змеи примечательны тем, что когда они выбирают себе кого-то в хозяева и кусают, то дарят иммунитет от ядов других таких змей. Я, наверное, оказался слишком юным, чтобы получить такой дар. Ибо тот укус едва меня не убил. Но мне удалось выжить. Змея стала слушаться меня и понимать с полувзгляда. Такая власть над живым существом… пугала.
Я бросила короткий взгляд на его лица, пытаясь прочитать эмоцию. Но король выглядел всё таким же задумчивым.
– Пугала лишь сначала. Позже мне понравилось.
– А где эта змея сейчас?
– Итан загрыз её спустя пару месяцев. Малыши всё берут в рот! Змея не смела защищаться, поскольку я приказал не вредить моим родным. Тогда я чуть не стал братоубийцей, но сдержался.
Мы прогулялись по витиеватой набережной того милого пруда из мыслей Михая. Дорожка из плит разного размера была ярко освещена, в воде плавали утки непонятных расцветок. Дворник перед нами лениво сметал листья с дороги и бубнил под нос незамысловатый мотив. Как спокойно.
В неярком свете фонарей глаза Михая стали казаться карими, скрыв алый цвет где-то в глубине. Он выглядел человеком. И тогда я, стараясь не задумываться о последствиях своих слов, сказала:
– А коммуникатор, который подбросили моему брату… – Улыбка демона слегка увяла, но не исчезла до конца. – Куда его дели?
Михай пожал плечами. Видно, мой вопрос застал его врасплох.
– Скорее всего, детектив держит его при себе.
– А у вас в мире не собирают вещдоки в какие-нибудь склады?
– Что? Нет. Как-то у нас не совсем так, наверное. Я в этой области не очень хорошо разбираюсь, но коммуникатор пока что точно у Эдварда. – Он чуть прищурился. – А почему ты спрашиваешь?
Я отвела взгляд и пробубнила в другую сторону:
– Мне бы хотелось на него взглянуть.
– Адель. – Его тёплая рука вдруг приобняла меня за плечи, словно загораживая от остального мира. В голосе слышалась грусть. – Тебе больше ничего не сделать ради его освобождения. Позволь детективу Рафту и Браю сделать работу.
Так, надо перевести тему, чтобы мой предыдущий вопрос показался ему праздным любопытством.