От этих экзерсисов на собраниях церкви, сразу после молитвы, паства подолгу отряхивалась от вездесущих волосков. Из них можно было бы собрать ДНК всей планеты. Впрочем, так же как и с осклизлых стенок нашего душа.
Обслуживать отправления культа всякий раз приходили разные люди. Например, в четверг приходили пожилые католики с картонными глазами. Сегодня парочка совершенно цирковая — расплывшийся по стулу повар с картинки на тесте-полуфабрикате «Доубой» и потомственный алкоголик с одним глазом и в ковбойских сапогах.
«Восславим Иисуса!» — единственный глаз ковбоя сверкнул желтым пламенем вялотекущего цирроза.
Человек-тесто, одетый в форменную рубаху типа тех что носят технари на станциях быстрого обмена масла, взялся подстраивать гитарку. Его поросшая сединой грудь под рубашкой была такого же размера, как у народной артистки СССР Людмилы Зыкиной.
Нашивка на груди гласила: «Тим».
Тим затянул псалом. Голос у него был далеко не зыкинский, но в целом приятный. Несколько сбивало с возвышенного внимания количество откровенно уголовных наколок на его руках-окороках, облепивших инструмент. Музыка всеж делала свое дело, настраивая паству на благодушный лад.
Около ТВ в бараках тюрьмы висела надпись по-гестаповски:
«Просмотр музыкальных каналов строго воспрещен. Поймаем — телевизор будет отключен до конца дня».
Телевизор и телефоны отрубаются с ментовского пульта и служат основой кнуто-пряничной политики. До сих пор не знаю чем мы так согрешали, чтобы лишать наши души музыки — важнейшего элемента духовного пропитания. Не спрашивайте. Бог им всем судья. Просто помните, что даже если в тюрьмах США больше не секут розгами, это не значит, что креативные вертухаи вас оставят в покое.
После музыкальной паузы одноглазый сердечно признался, что в юности был профессиональным боксером, всегда побеждал накаутом, но при этом часто выпивал. Однажды после пьянки и драки в баре — тут я заключил, что боксировал ковбой в основном по-пьяни и в мотоциклетных шалманах Ангелов Ада — владелец скрипучих ковбойских сапог вернулся домой и вдруг увидел в зеркале свою покойную маму.
От этого одноглазый пришел в такой религиозный экстаз, что навсегда бросил и пить, и боксировать. Теперь он служит Сыну Божию — к чему и нас призывает.
Надо бы вам заметить, что все проповедники рассказывали о том как они пили, нюхали, насиловали и убивали до того как их коснулся Христос. Капеллану следовало обновить мессидж — ведь большинство в тюрьме теперь были не бандиты, а мигранты.
Следовало бы позвать стариков мексов, который всю жизнь прыгали через забор в Ларедо, штат Техас, пока Христос не открыл им во сне как следует заполнять форму номер 465 дробь «И», платить налоги и покупать исключительно американские товары.
Очередь засвидетельствовать о чуде спасения дошла до крупного певчего Тима. Я оторвал взгляд от его наколки «FTP». Узнавая в читателе человека-айтишника, спешу уведоминь — ФТП у нас это не файл-трансфер-протокол, это у нас Фак-Та-Полис. Видимо в молодости Тим тоже поблатовал вволю.
Сейчас он заученно рассказывал, о том как господь призвал его с одноглазым мотаться по тюрьмам и возвещать благовест. И довелось им намедни посетить тюрягу усиленного режима в Эри, Пенсильвания.
А за ночь до визита было Тиму во сне видение пророческого типа. Будто где-то мучается, рвётся к Господу потрёпанное сердце солдата. Исполнившись Духа Святага Тим на заключительной молитве призвал всех поднять руки. Если есть побуждение раскаяться во грехе и принять чудесный дар спасения. И что бы вы думали? Один из кающихся оказался бывшим солдатом-снайпером!
— Где-то там в «песочнице» есть ихняя Фалуджа.
«Песочница» — подумал я. Вот тут — в соседней камере как раз сидит без приговора и срока парнишка из этой самой песочницы. Ему пол-черепа снесло, когда он помогал вам демократизировать чужие углеводороды.
Дальше рассказ Тима мог бы продолжить абсолютно любой смотревший вчера телек на канале FX — как и в сценарии Иствуда солдатик наш пережил борьбу между чувством долга по кредитам и гуманизмом. Долг победил — он пристрелил женщину с сыном.
Спас целый взвод или роту. А теперь, в тюрьме у него высвободилась масса времени и вдруг начала мучать совесть. Тим горячо помолился за зольдатика и большой белый бох всё ему простил.