- Этого не может быть, потому что этого не может быть никогда! Они ж все повымерли!
- Как видишь, не все, - Малыш вернулся к своему старому девизу: «ничему не удивляться». - Это и есть адресат?
- А кто еще-то? - проворчал Дикс. - У тебя что - половина знакомых на драконах летает?
- Понял, - Малыш выбрел на берег и принялся совершать странные телодвижения - что-то типа гимнастики: скрестил над головой руки, широко их развел, присел, повторил всю серию снова... Маячит, как вертолету...
Дракон, однако, снижаться не пожелал, описал над нами еще один большой круг и унесся куда-то к северо-западу. Мы молча следили за ним, но «тихий ангел» пролетел, и когда он пропал из виду, мы вдруг заговорили все разом - я разразиляся целой обоймой восхищенной ругани, Малыш мне вторил, на Дикса дракон подействовал угнетающе - он, шумно разбрызгивая воду, вылез на берег и принялся ходить кругами, что-то яростно бормоча себе под нос. Да что греха таить, и я мандражу... Об этих драконах последние сто-двести лет ни слуху ни духу не было, а тут - здрасьте-пожалуйста, да еще и ручной. Хотя чему удивляться - он ведь та же боевая машина, только живая.
- Только этого и не хватало, - мрачно пробурчал Хромой, продолжая расхаживать по колено в воде, словно рассчитывал найти в реке подсказку. А Малыш остался верен своему девизу:
- Вот что, давайте-ка автоматы прятать и разгружаться, а то кто их знает - вдруг они через пять минут объявятся?
- Дело, - обрадовался угнетенный бездельем Секретник.
Выгрузку этого барахла мы провели в рекордно короткие сроки, упарившись при этом, как неизвестно кто. Автоматы Хромой зарыл метрах в ста от берега, на всякий случай растолковав нам, как их найти: засекаешь направление через оконечность мели и круглый валун, а дальше считаешь шаги.
И вот мы уже второй час сидим и ждем, когда же наши кочевники соблаговолят за товаром явиться. Сидим молча, курим, только Диксу не сидится - прохаживается, как тигр по клетке, хотя рожа, вроде, спокойная. Да и я как на иголках, тоже тянет встать и побегать - шутка сказать, заключительный этап нашего большого пути, сейчас-то уж точно поворачивать куда бы то ни было поздно, мы, считай, засунули Волку головы в пасть, а теперь ждем, будет ли ему угодно сразу их откусить, или он погодит немного? Да еще, по всем раскладам, наша операция - не более чем ложная атака... Муторно, что и говорить. И остается только на то надеяться, что мои чародейские параметры, по которым Серые меня вычисляли, после Ущелья изменились, а рожу мою никто не знает... Ладно, все эти гадания на кофейной гуще пока только повредить могут. А вот выпить немного - это бы в самый раз...
- Малыш, у тебя во фляжке осталось что-нибудь?
- Типа, подхрабриться? Вы ж все и выхлебали. Ладно, может, кочевники угостят.
- Угостят. Только вот чем? - Хромой, сгорбившийся на ящике, больше всего смахивал на мокрого, нахохленного воробья.
- Вот сейчас и узнаем, - сумрачно ухмыльнулся Дикс. - Не чуете? Сюда скачут.
Да, чутье у него на уровне... Но сейчас и я их определил: большой конный отряд, сюда скачут. А у меня в таких случаях рефлекс однозначный: готовиться к драке. И холодок вдоль спины присутствует. Но мандраж я себе позволить не могу: кроме всего прочего, положение обязывает. И сейчас надобно организовать себе смотрины по высшему разряду - от первого впечатления, как ни крути, многое зависит. И ребята все как-то подобрались, напряжены. Оно и к лучшему. Сейчас бы, следуя литературным традициям, пройтись кавалерийским шагом и каждого напутствовать отечески... Но вот чего не умею, того не умею.
Так что я просто выволок из ножен меч и принял классическую позу, опершись на него обеими руками, за плечом тут же ощутил присутствие Малыша. Ну, теперь помогай, бог обманщиков! Я глянул вправо, влево: мой пример подействовал, даже Хромой, хоть и ухмылялся скептически, решил от коллектива не отрываться, и вся наша команда выстроилась неровной шеренгой. Я с трудом сдержал усмешку. Со стороны мы, наверно, выглядим внушительно, один Малыш чего стоит...
Они появились внезапно, как и положено кочевникам, даже я вздрогнул от неожиданности. Человек пятнадцать конных, шесть или семь заводных коней, две повозки, пятеро - при огнестрельном оружии, один владеющий Силой. А мы замерли, словно превратившись в скульптурную группу, руки на оружие: традиционные позы для переговоров - с тем подтекстом, что в случае чего мы дорого продадим свою жизнь.
Кочевники остановились в десятке шагов от нас, и я только большим усилием воли удержался, чтобы не выпучить глаза. Прямо скажем, есть от чего: более разномастного сборища я не видывал, если не считать отряда под предводительством Хертуга. Но там-то хоть темно было...