- А зря, - в дверь проскользнул коренастый парнишка. - В лагере что-то зашевелились.
- Так, - Эрик моментально посерьезнел. - Миллер, в перестрелку пока не ввязывайся.
- Я и не ввязываюсь.
- И еще одно, - сообщил коренастый. - К нам тут гости... Хотя, может, и не к нам...
Я еще ни разу не видел, чтоб все так встряхивались: Шифман выругался и лягнул какую-то железяку, Миллер завозился у пулемета, выставляя его подальше, Эрик нежно взялся за слонобойку... Торан - тот сразу собрался так, что у меня башка заболела.
- Кто?!
- Спросите Лина, у него бинокль.
- Лин! - Эрик выставился из бункера. - Кто там?
Напрягая слух, мне удалось разобрать бесстрастный голос:
- Трое. Две женщины, третий - большой и рыжий. Верхом на чем-то двуногом. На чем именно - не пойму.
- Малыш?!
- Где он вторую-то подцепил? - ошалело пробормотал я. Что-то двуногое?.. Мутанты? Или гоблины?
Со стороны лагеря тихо и как-то даже безобидно защелкали выстрелы. Ясно, на Малыша договор о прекращении огня не распространяется...
- Миллер, придержи, будь любезен, этих стрелков по Малышу, - попросил Эрик.
- Хорошо, сейчас, - Миллер примерился, выждал пару секунд и выпустил почти подряд три коротких очереди, потом повернулся к нам:
- Порядок.
Выстрелы затихли. Еще на несколько минут повисло молчание, только у машины шепотом переругивались Шифман с Рогожиным. Наконец Эрик пробормотал:
- Да где там эта рыжая сволочь?!
- Это вместо «здрасьте»? - Малыш, громадный, как сказочный великан, рыжий, исцарапанный, в немыслимых лохмотьях, с болтающимся на груди автоматом - как всегда великолепен. Никогда я его не был так рад видеть...
- Елки-сношалки! Ученик Чародея! А мы-то тебя уже раз двадцать оплакали!
И тут я второй раз в жизни увидел, как Малыш отлетает в сторону. Почти сбив его с ног, в бункер влетела она - маленькая, исхудавшая, остриженная почти налысо, в платье, мало что не в клочья изодранном...
- Гельда! - мне снова пришлось откинуться к стенке и прикрыть глаза.
- Ведьма?! - Торан нахмурился и привстал, Малыш тут же напер на него грудью:
- Тихо-тихо-тихо-тихо...
А Гельда вдруг оказалась рядом со мной, критически оглядела дыру в голове, бросила почти презрительно, ни к кому в отдельности не обращаясь:
- Ну кто так делает... - и занялась мной. Я, пережив первый шок, первым делом... А что в таких случаях первым делом? Конечно: я попытался ее обнять. Она отстранила мою руку:
- Да погоди ты... - от ее ладоней текло тепло - то самое, что заставляет проснуться, забыв все плохие сны.
- Ты что - и поцеловать меня не хочешь?
- Еще не хватало! От тебя трупом разит. Не дергайся, лежи спокойно.
Тот факт, что в бункере появилась еще и Ларико, я отразил с трудом. Да, должен еще кто-то быть...
- Малыш, что с лейтенантом?
- Убит. Рассказывать долго.
- Тогда отложим, - распорядился Эрик. - Абрам, Слава, что там у вас?
Шифман, не оборачиваясь, кратко объяснил, что там у них.
Только теперь я врубился, что мы уже несколько минут, как ввязались в вялотекущую перестрелку.
Эрик собрался без желваков на скулах:
- Это я и сам знаю... А если без общих фраз? Коротко и ясно: степень паршивости?
- Высокая. Имеет быть жесткий канал. Черный ящик. Работать, насколько могу судить, работает, но куда забросит...
- А в самом деле, как насчет свалить? - встревожился Малыш. - Хорошего помаленьку...
- До Пещер - две сотни лиг, - растолковал Торан.
- Я ж не говорю - пешком. Улететь, например.
- Хочешь - лезь, чини дельтаплан. Видишь, там, вправо, каркас торчит?
- М-да, - Коллинз пригладил усы. - Показать, как мы будем вылезать...
- Выход один, - вмешался Миллер. - Драпать по этому жесткому каналу.
- Там, по идее, человеческая машина стоять должна, - робко поддержал его Рогожин.
- Ага ,- усмехнулся Эрик. - И встретят нас там как героев.
- Чего проще - смотаться да проверить...
Эрик задумался, потом махнул рукой:
- Ладно, хрен редьки не слаще. Деваться все равно некуда - я как-то сомневаюсь, что кочевники нас отсюда выпустят. Сколько она выдержит?
- Троих, - лаконично сообщил Рогожин.
- Ну, урки, кто со мной? - Малыш деловито закатал остатки рукава - даже Эрик ухмыльнулся:
- Вновь на подвиги готов. Ладно, добро. Я бы Лина захватил.
Лин - по плечу Малышу, тонкий, гибкий, как стальная пружина и бесстрастный, как восточный божок - тут же оказался рядом с Малышом.