- Завтрак отменяется? - глаза Вирина горели любопытством.
Молодые люди быстро отыскали на дне сумки два факела - остатки запасов, сделанных ещё в Гории. Прежде чем спускаться в неизвестность, друзья вооружились, собрали сумки, оседлали и навьючили лошадей. Кому-то из адептов Дахха вполне могло придти в голову пойти этим же путем, и лучше было потом побыстрее убраться.
- Ну, удачи нам, - Лонцо зажёг факел и первым ступил на лестницу.
Вирин осторожно последовал за ним. Зажигать второй факел он не стал, опасаясь, что путь под землёй может оказаться очень и очень длинным.
Скользких выщербленных ступеней оказалось сто шесть. Музыкант считал их, чтобы не поддаваться страху. Неверный свет трепещущего пламени выхватывал то потрескавшиеся камни кладки, то заросший каким-то голубоватым мхом потолок. В подземелье оказалось не так уж душно, но запах сырости валил с ног.
Лестница закончилась коридором, похожим на круглую трубу. Лонцо, выпрямившись в полный рост, едва не касался головой потолка. Стены и пол, выложенные массивными каменными плитами, обросли мелкими бесцветными растениями.
- Очаровательное место, - прошептал музыкант, стараясь держаться поближе к герцогу.
- Две тысячи лет назад здесь, возможно, было симпатичнее, - нервно усмехнулся Лонцо.
Свет факела выхватил стену впереди. Коридор круто сворачивал вправо.
- Главное, что всё это до сих пор не рухнуло.
- Главное, чтобы сейчас не рухнуло.
- Если столько лет простояло… - Лонцо свернул направо и задохнулся, подавив крик ужаса, когда навстречу ему шагнула призрачная фигура с факелом.
Резко отпрянув назад, он едва не выронил факел и чуть не сбил Вирина с ног. Однако за миг до того, как рука инстинктивно выхватила из ножен меч, он понял, в чём дело, и нервно рассмеялся.
- Зеркало! Зачем? Зачем здесь поставили зеркало?
- Зеркало? - музыкант проскользнул мимо друга и стал разглядывать нехитрую ловушку для пугливых.
Помутневшее от времени и местами потрескавшееся зеркало, оправленное в вычурную бронзовую раму, уместнее смотрелось бы в королевском будуаре какого-нибудь заброшенного замка. Оно было на ладонь выше роста герцога, и кто-то надёжно вмуровал его в стену.
- Я так понимаю, это предупреждение, и здесь могут быть ловушки посерьёзнее.
- Думаешь? - Лонцо, прежде чем идти дальше, внимательно огляделся.
Коридор выглядел вполне безобидно. Он имел чуть заметный уклон и мягко заворачивал вправо.
- Мы так и будем по спирали спускаться?
- Возможно, - пожал плечами герцог. - У меня карты нет.
Друзьям казалось, что прошло несколько часов, когда перед очередным поворотом первый факел зашипел и начал гаснуть.
- Надеюсь, за этим поворотом зеркал не будет, - проговорил Вирин, разжигая второй факел и подавая его спутнику.
- Чего похуже бы не было, - отозвался герцог, осторожно заглядывая за угол.
Ничего. Ни зеркал, ни ям, ни доспехов с занесённым над головой топором. Только чуть заметное углубление в заросшей мхом левой стене. Лонцо двинулся вперёд. Вирин шёл за ним, стараясь наступать след в след. Герцог на миг замер, вглядываясь вперёд, и музыкант в него едва не врезался. В этот момент оба почувствовали, как часть пола под их ногами медленно, со скрежетом опустилась вниз на два пальца. Друзья испуганно отпрянули назад, но ничего не произошло. Только плита ещё медленнее, чем опускалась, вернулась на место. Выждав пару минут, Лонцо шагнул вперёд, на всякий случай, переступив коварную плиту. Свет факела выхватил скрывавшуюся за поворотом нишу в правой стене. По спине герцога медленно поползли мурашки.
- Повезло нам, что за столько лет ловушка вышла из строя, - сглотнув, проговорил он.
Подошедший Вирин тихо присвистнул. В нише, на странной проржавевшей конструкции покоились восемь изгрызенных временем арбалетов. Они располагались на разной высоте и должны были, по-видимому, изрешетить вставшего на плиту человека от головы до колен.
- Не хотел бы я оказаться здесь на пару тысячелетий раньше, - вздрогнул Лонцо. Воображение художника живо нарисовало картину возможных последствий.
- Дело не в возрасте, - возразил из-за его спины Вирин. - Посмотри. Они разряжены.
- Верно, - пригляделся Дорский. - Я так разволновался, что не заметил. А кто же тогда…
Друзья, не сговариваясь, повернулись к противоположной стене. Чуть заметное углубление в рост человека заросло бледным мхом гуще, чем остальная кладка. В двух местах виднелись полусгнившие древки арбалетных болтов. Один из них торчал на уровне глаз Вирина. Музыкант со смесью ужаса и любопытства коснулся ржавого металла. Болт шатался, как гнилой зуб.
- Думаю, не стоит… - начал Лонцо, но опоздал.
Вирин потянул болт на себя. Целый пласт мха отошёл от стены, обнажив остатки черепа, удерживаемого корнями странного растения.
- Ужас, - вздрогнул герцог, когда факельный свет исчез в тёмном провале глазницы.
Словно в ответ на это слово, остатки скелета вместе с корнями мха оторвались от стены и рухнули к ногам юноши. Герцога передёрнуло, и он отступил на пару шагов. Вирин, напротив, снедаемый любопытством, склонился над останками. Затем обнажил кинжал и осторожно поддел потускневшую золотую цепь.
- С ума сошёл? - Лонцо отвернулся.
- Да ладно тебе. Костей никогда не видел? Это родич твой, между прочим. Отдал бы дань уважения, - фыркнул музыкант, подняв находку чуть выше.
Блеснул медальон с изображением стоящего на задних лапах льва.
- Ничего себе! - удивился Лонцо. - Только он мне не родственник. Две тысячи лет назад Лагодол не был единой империей, и лев был символом королей Ноланда. А наша династия уходит корнями в княжеский род Витарда. Льва выбрали императорской эмблемой после объединения, то есть восемьсот лет назад. Мне вот интересно, почему человек, получивший восемь болтов, не лежит на полу, а стоит у стены?
- Деревянная панель, - Вирин постучал остриём кинжала по освободившейся стене. - Силы выстрелов хватило, чтобы пришпилить тело.
- Зачем это? - передёрнул плечами Лонцо.
- Чтобы следующие гости свернули за этот угол и умерли от разрыва сердца. Ну, или убежали бы в панике. Нам с тобой повезло, что скелет зарос. Я после зеркала стал немного нервным, - музыкант аккуратно опустил цепь на кости и с опаской двинулся вперёд.
Очередной крутой поворот ждал путников всего через сто шагов.
- Знаешь, что меня смущает? - остановившись, спросил Вирин. - Выходит ведь, что мы тут не первые. Значит, подсказка была не только в Серой Долине?
- Возможно. Но если бы книгу кто-то нашёл, об этом уже знал бы весь мир, - отозвался Лонцо, ощупывая носком сапога каждую плиту прежде, чем наступить. - Может быть, этот ноландский принц вообще был единственным спускавшимся сюда человеком. Он мог прослышать об этом месте ещё при жизни Дараана. Или здесь был какой-то храм, и он забрался сюда случайно… Великие Грозы!
За поворотом ловушек не оказалось, зато коридор резко расступался в стороны и вверх. Трепещущего света факела едва хватало на часть потолка, изрезанного незнакомыми символами, и резную арку, видимо, служившую входом в это огромное помещение. Запах сырости стал нестерпимым, и не удивительно. Пол подземного святилища был залит водой.
- И что теперь? - спросил герцог, пройдясь от стены до стены и убедившись, что обойти лужу не удастся.
- Кто ж знает, - Вирин забрал у него факел и поднял повыше, пытаясь разглядеть другой конец овального зала.
И вздрогнул, едва не выронив светоч. Впереди на миг вырисовался чей-то силуэт.
- Спокойно, - герцог отобрал факел обратно, борясь с желанием закричать и убежать куда глаза глядят. - Здесь не может быть никого живого.
- Меня и мёртвые не очень радуют, - сквозь зубы выдавил музыкант.
- Да помогут мне Грозы… или кто там ещё может помочь? - вздохнул Лонцо и сделал осторожный шаг в воду.
Оказалось мелко, по щиколотку. Сапоги из просмоленной кожи стойко выдержали издевательство, а вот дно оказалось скользким.
Вирин поёжился, глядя, как от ног друга по гладкой, словно чёрное зеркало, воде расходятся круги. Но оставаться одному на берегу было выше его сил, и он шагнул следом.