— Берегись, канава, кореш.
Канава оказалась неглубокой и сухой, хотя он легко мог бы споткнуться, если бы его не предупредили. Ветка поцеловала ему руку; он заставил себя закрыть глаза, хотя этим глазам очень хотелось бессмысленно смотреть в кромешную тьму, окутывавшую его и их.
— Хряк? — выдохнул он, потом чуть громче: — Хряк?
— Х'йа.
— Что они такое?
Ответа не последовало, только большая рука увлекла его глубже в шепчущую листву.
— Орев мне не сказал. Что такое божок?
— Ш-ш. — Хряк остановился. — Слухай. — Рука снова потянула его вперед, и некоторое время, показавшееся ему очень долгим, он не слышал ничего, кроме случайного треска веток. Деревья или кусты окружали их, он был уверен, и время от времени его посох натыкался на ветку или ствол, или какое-нибудь движение Хряка вызывало мягкий шепот листвы.
За ним последовала слабая и текучая музыка, его язык и губы проснулись, полные жажды. Он поспешил вперед сквозь темноту, увлекая за собой громадного Хряка, пока гравий не захрустел у них под ногами и он не почувствовал, что вода, которую он услышал, оказалась перед ним. Он опустился на колени и ощутил, как благодатная прохлада просачивается сквозь его бриджи, наклонился, плеснул себе в лицо и попробовал воду, находя ее прохладной и сладкой. Он сделал глоток, потом еще.
— Это хорошо, — начал он. — Я бы сказал...
Широченная ладонь Хряка сжала его руку, и он понял, что Хряк уже пьет, шумно всасывая и глотая воду.
Он выпил еще, затем исследовал ручей пальцами, стараясь двигаться мягко, чтобы не всколыхнуть грязь.
— Он не очень широкий, — прошептал он. — Я думаю, мы легко могли бы перешагнуть через него.
— Х'йа. — В глубоком, грубом голосе послышался намек на страх.
— Но божок — кем бы он ни был — не сможет услышать нас, пока мы здесь. По крайней мере, я так думаю. Шум воды должен заглушать звуки наших голосов.
Он наклонился и снова выпил.
— Я накачал воды для женщины, которая недавно перевязала мне запястья. Это была хорошая, холодная колодезная вода, и я едва не попросил у нее стакан. Но мы собирались поесть, — так я думал, по крайней мере, — и я сказал себе, что на самом деле не так уж сильно хочу пить. Я должен научиться пить тогда, когда у меня есть такая возможность.
Он вспомнил случайную реплику Хряка насчет питья и добавил:
— Пить воду, я должен сказать. Я думал, что научился этому на Зеленой, где редко была вода, которую можно было пить, за исключением той, которую ловили некоторые листья, когда шел дождь.
— Птиц найти, — объявил голос, еще более грубый, чем у Хряка.
— Орев, это ты? Должен быть. Что ты нашел?
— Найти вещь. Вещь слушать.
— Неужели? Хорошо. Где же он?
— Нет показ.
— Я не хочу, чтобы ты показал его мне, Орев, а если бы и показал, то я бы его не увидел. Я хочу, чтобы ты сказал мне, как избежать встречи с ним. Мы направляемся в Вайрон, или, по крайней мере, я очень на это надеюсь. Неужели эта вещь, этот божок, стоит на дороге и ждет нас?
— Нет стоять. Вещь сидеть.
— Но это же на дороге? Или сидит рядом с ней?
— На мост.
— Х'орев, — вмешался Хряк. — Хряк х'и Рог — партнеры. Ты х'и Хряк, Х'орев, мы тоже партнеры, х'а? Лады?
— Хорош муж!
— Не так громко, Орев, пожалуйста. — Он еще попил.
— Х'итак, Х'орев, Хряку нужно, шоб ты сказал, где мы. Скажешь? Х'это другая дорога, через которую течет ручей?
— Нет дорог.
— Луг, Х'орев? Могет быть, ты найдешь коров где-нибудь поблизости, чо скажешь?
— Нет коров.
— Ха! — Хряк казался нетерпеливым. — Хак Хряк может заставить х'его рассказать, кореш? Ты х'его знашь.
— Речь лес, — ответил за себя Орев.
— Так вот где мы находимся, Х'орев? В лесу? Не могет быть.
— В лес, — настаивал Орев. — Шелк речь.
— Меня зовут Рог, Орев, я уже говорил тебе об этом. Мне кажется, он прав, Хряк. Мы находимся в лесу, возможно, на опушке леса. — Он сделал паузу, чтобы покопаться в памяти. — Когда я жил там, к северу от Вайрона был обширный лес. У человека по имени Кровь была там вилла, как и у многих других богатых людей. Это вполне может быть тот же самый лес.
— Пощупал твои деревья вокруг, кореш. Не смог коснуться х'их, х'а х'они не смогли прикоснуться ко мне, х'иначе бы коснулись.
— Без сомнения, это большие деревья, одно далеко от другого.
— Хо, х'йа. — Грубый голос Хряка ухитрился вложить в эти два слова огромный скептицизм. — Здесь большие деревья, Х'орев?
— Нет больш.
— Не близко, значит? Х'одно здесь х'и другое х'у тя?