Откуда-то издалека раздался ее шепот, прерываемый вздохами:
- Мне нравится быть в твоей власти, принадлежать тебе.
Он приостановился.
- Да, ты принадлежишь мне.
Он провел по ее волосам ласкающим движением, а затем собрал в горсть и потянул, с новой силой припечатывая девушку к полу. Она вся задрожала, то ли от боли, то ли от удовольствия, выгибаясь, рыча сквозь дерзкий оскал острых клыков.
В черной бархатной тьме она кричала под его ударами, корчась на окровавленном полу, а затем он грубо овладевал ей, несмотря на отчаянное сопротивление и крики, что она убьет его, даже если для этого придется спуститься в Бездну. Ломал крылья, мешающие насладиться безграничной властью и, вдоволь наигравшись, сокрушал изящную головку, обрывая крики боли и ярости. В этот самый момент его накрыло спазмом удовольствия, острым как нестерпимая боль, и туман в голове слегка рассеялся.
На мгновение Эридан испугался, что открыв глаза, увидит растерзанное тело, и от этого внутри все сжалось. Так и не открыв глаза, он почувствовал прикосновение к лицу и волосам, ласковое поглаживание.
- Какой ты сегодня горячий и ненасытный, - сказала Кьяра.
На ее лице не было крови и ужаса, на теле - ни одной раны, а крылья… крылья целы и невредимы.
- Я потерял контроль, - признался он, сжав ее ладонь, замершую на щеке, а затем отстранился, поправляя одежду. - Виноваты и вино, и платье. Ты ведь специально его надела? Хотела соблазнить весь стол?
- Нет, только тебя, - лукаво ответила она.
- Ты произвела эффект. Как минимум на того из Селани. Он был разочарован. Ты этого ожидала?
- Я бы так не сказала…
- Хорошо, что ты отшила его, - как бы невзначай проронил Эридан, затягивая ремень, - иначе я б расписал его словно кожаный гобелен.
Она вновь прикоснулась к его лицу, заставив посмотреть в глаза.
- Я могу немного пофлиртовать, но прикоснуться позволю только тебе.
Кьяра искала отклик на свои слова в его лице и взгляде. Они оставались спокойны как ледяная гладь, лишь пальцы чуть сжали ладонь девушки. Это был тот ответ, которого она ждала.
Глава 20. Подступающий мрак
Незаметно пролетел месяц. С каждым днем корабли Мэб подходили все ближе, и все ближе, казалось, подступал мрак с Севера. Сначала донесения приходили раз в неделю, затем - раз в день, и к концу срока - несколько раз в сутки. Королева Воздуха и Тьмы смела Утзаир и зашла в русло реки. Теперь ее притормаживала только ледяная пустыня, сковавшая воду. Иронично, проклятое наследие Аурил сыграло Эридану на руку. Однако льды не способны были надолго задержать северную владычицу.
Мысли с каждым днем становились все мрачней, и чтобы отвлечься от них, Кьяра взяла пример с Эридана и тоже окунулась в работу с головой. Ее обязанности все также были нехитрыми: изучать язык, гонять гвардейских магов, иногда проверять работу в сокровищнице и, конечно, помогать Зариллону. Вечерами она читала Бестиарий и понемногу знакомилась с обитателями Страны Фей. Узнала она немного и о фоморах, которых так любили поминать местные эльфы, и они оказались весьма неприятными великанами.
Тифлингесса помогла некроманту навести порядок в библиотеке, расставить книги по категориям. Натыкаясь на тома по медицине, она относила их в лазарет, где Арум денно и нощно учил помощников. Кьяра и Зариллон, в свою очередь, много времени проводили в алхимической лаборатории, готовя зелья лечения, мази и прочие полезные эликсиры. Процесс этот был рутинным, поэтому девушка освоила азы работы с алхимическим аппаратом и несколько рецептов из тех, что приходилось варить особенно часто. За работой они много общались с волшебником. Иногда он рассказывал об Академии, где учился, и откуда его выперли за склонность к авантюрам и страсть совать нос в запретные секции. “Я очень боюсь смерти, поэтому стал некромантом”, - рассказывал эльф. - “Звучит не слишком логично, да? Но когда что-то можно свести к простой формуле, посчитать и объяснить логически, мне становится легче”. Время от времени в башню мага наведывалась Фистиль. Они вели между собой непринужденные беседы, и, хотя они даже не прикасались друг к другу, тона голоса и взгляда было достаточно, чтобы понять, что между ними что-то есть. Тифлингесса была рада за волшебника. Фистиль было не просто красавицей, но и умницей, каких поискать. Выбор же самой эльфийки ей казался интересным, ведь Зариллона трудно было назвать девичьей мечтой: не эталон мужественности, не красавец, но воодушевленность, живой ум и желание экспериментировать вполне способны были привлечь такую же умную и увлеченную наукой особу. Кьяра снова подивилась, как иной раз сплетаются судьбы. Не будь этой войны, смерти Титании, падения дома Терим, разве могли бы Фистиль и Зариллон быть вместе? Только в мечтах.