Эльфов истрепало. Задар еле дышал, Меллот с трудом держал меч, по ноге Эридана текла кровь, запятнав ярко-голубые узоры. Девушка ударила ледяного очередным огненным всполохом и охнула. Острый осколок прошил плечо, и от обморока спасало лишь то, что лед холодил рану, останавливая кровь и лишая чувствительности. Как же больно! Кьяра почувствовала, что висит на волосок от гибели.
- Аргх! - ледяной мигнул голубым светом и оказался на безопасном расстоянии от эльфов, уставившись голубым взором на чародейку. Эта вспышка прокатилась волной нестерпимо холодного воздуха. Меллот, застонав, осел на пол, Эридана согнуло от боли. Что-то просвистело в воздухе, и острый осколок льда сбил шлем с головы белобрысого, а хлыст второго Лемифинви обмотался вокруг ноги и окончательно лишил равновесия. Задар попытался перерубить руку с хлыстом, но и сам еле удержался на скользком от снега полу.
Стук сердца, отдающийся гулом в виски. Все решают мгновения. Кьяра чувствовала, что почти мертва. Она могла бы выскользнуть в разбитое окно, и поминай как звали, ледяной козел, но ощущала привычный горячечный азарт, который не позволил сбежать от Тиамат, а еще - этих троих она не бросит. Зарычав, она ударила сильно и зло, высушивая жизненные силы феи, превращая в кучку жухлых растений, а вторым движением прожгла ровную дырку в груди ледяного. Он покачнулся и рухнул на пол, прозрачные доспехи рассыпались быстро тающим крошевом.
Эридан крикнул:
- Кьяра, поймай душу этого урода! - а сам подбежал к Меллоту, проверяя его состояние.
- Сожгите останки, - бросила тифлингесса и полетела в сторону распластанного трупа.
Задар принялся суетиться над обломками, стаскивая их в кучу и пытаясь поджечь, но пальцы с трудом слушались, да и сами стебли, свежие и сочные, не желали заниматься пламенем.
Кьяра воспользовалась флягой, как учил Эридан, и когда руна запламенела, закрыла крышку. Девушка почти не сомневалась теперь, что они одолели того самого Принца Мороза, что из сказки. Только на картинке он был воздушный и невесомый, а в жизни больше походил на Эридана, только кожа голубая да шрамы распределены по телу иначе.
Белобрысый поднял бессознательного Меллота:
- Он не боец на сегодня. Отнесу в лазарет, - он посмотрел на истекающую кровью девушку. - Да и ты еле держишься, Кьяра. Тебе тоже нужно в лазарет.
Поднявшись на ноги, тифлингесса достала один из свитков, запасенных для битвы с Мэб. Не волшебное лечение, но прибавилось сил и выносливости, и до лазарета она уже шла твердым шагом, в отличие от Задара, который ковылял, опираясь о стену.
Хатаэ сосредоточенно жестикулировала над телом Арума. Ученики драконида, прятавшиеся в подсобке, дрожали в углу. Эридан жестами показал им, что нужна перевязка, и они безмолвно повиновались.
Короля и гвардейцев разоблачили. Белобрысый кивнул на раны девушки и сказал:
- Лучше тебе остаться.
Она отрицательно помотала головой, вытащила из сумки баночку с мазью и сама, помогая лекарям, замазала несколько ранок.
- Ты все равно не послушаешь, так ведь?
- Да.
Эльф вздохнул, натянул поддоспешник и броню, затем кивнул забинтованному Задару, чтобы шел с ним. Кьяра двинулась следом, радуясь, что не пришлось долго ругаться и выяснять отношения. Она пойдет дальше и точка. Это не обсуждается.
Они вернулись в тронный зал. Костер, сложенный из останков Лемифинви, погас сам собой и теперь курился черным дымком, даже толком не опалив останки.
- Не надо поджигать мой дворец, - нахмурился Эридан.
Тифлингесса фыркнула и дернула хвостом:
- Ты же его убил, а он воскрес и, более того, раздвоился.
- Да вот он, - альбинос указал на моток лиан в форме человеческой фигуры, заметно более вялый, чем остальные. - Откуда ж он воскрес? Это что-то, что выглядит, как он. Еще розовый любит болтать. Эти же немые как рыбы.
Чародейка задумалась. Пожалуй, в его словах было рациональное зерно. Это были какие-то марионетки, а не сам Лемифинви.
Из разбитого окна донесся шум сражения. Гвардия была в беде. Кьяра попыталась превратиться в дракона, но кровь упрямо не слушалась. Видимо, та красавица убила драконий облик. Чертова богиня, нет от нее никакого прока, как и от ее подарочка.
Эридан тоже услышал шум бойни. Подбежал к дверям, толкнул изо всей силы. Дерево скрипнуло, створки не шелохнулись. Кто-то заблокировал с другой стороны. Эридан высунулся из окна, звуки стали ближе, но по-прежнему ничего не было видно, слишком неудобный ракурс. Кьяра прикинула размер оконного проема и скомандовала, превращаясь в гигантского орла.