- Он молодец, - осадила эльфа чародейка, - это было смело. Моя идея с головой тоже сработала.
Она сделала еще один глоток и отдала бурдюк эльфам на растерзание. Ей захотелось взглянуть на магическую тюрьму Мэб. Анеркаш, вернув себе естественный облик, сидел, облокотившись о прозрачную стену куба. Девушка потрогала ее снаружи. Подушечки пальцев слегка покалывало. Сырая магия, которой придали плотность и форму.
- Ты в порядке? - спросила она волшебника. – Знаешь, что это?
- В порядке, - ответил эльф, его голос звучал глухо из-за стены. - Эта тюрьма держится час, так что не уходите без меня.
- Не волнуйся, не уйдем, - улыбнулась Кьяра. - Если хочешь, могу составить тебе компанию.
Тот отрицательно помотал головой. “Сыч, любящий одиночество”, - подумала чародейка. Она вернулась к Меллоту и Хатаэ, которые уже успели поругаться из-за какой-то мелочи, отняла у них бурдюк и продолжила пить, не обращая внимания на происходящее вокруг.
В небо взметнулся дым от огромного костра. Арум заканчивал перевязку раненых, когда на горизонте показалась стайка белых зверей. Волки прибежали на звук и запах паленой плоти.
Вино ударило в голову, сделало тело ватным. В лицо тифлингессы уперся мокрый розовый нос, шумно обнюхивая ее. Девушка с любовью погладила большую белую голову.
- Прости, что сразу не пошла проверить, как вы там, - шепнула она в мохнатое ухо. - Рада, что вы в порядке.
Эридан отошел переговорить по камню. Через несколько минут вернулся, просиявший:
- Все хорошо. Наступление отброшено. Они потеряли всех своих командиров, их силы рассеялись. Мы можем возвращаться, но сегодня уже не дойдем. Заночуем в лесу.
Эльфы начали собираться в дорогу. К этому времени тюрьма Анеркаша, наконец, лопнула.
Гвардейцы оседлали волков. Кьяра взгромоздилась на Скага, чувствуя, как же тяжела ее голова:
- Милый, потихоньку, кажется, я не очень трезва...
Волки сорвались с места, и Скаг, не понимающий, что значит “трезва”, рванул в обычном темпе. Тифлингесса чудом удержалась на его спине, ее замутило, но рвотный позыв удалось сдержать. На волках путешествовать было быстрей и комфортней, чем пешком. Они просочились сквозь тоннель под стеной и углубились в лес. Немного погодя отряд остановился на небольшой поляне и разбил временный лагерь. Кьяра достала котелки и запасной спальник, чтобы отдать эльфам, сама завернулась в свой и уснула мутным пьяным сном, не дожидаясь ужина.
Утром ее пробудил шум в лагере. Эльфы собирали вещи, гасили костры, Эридан лично следил за тем, чтобы все собирались как можно быстрее. Голова отзывалась болью, во рту стоял мерзостный привкус, и тошнота отбивала всяческий аппетит, так что Кьяра отказалась от завтрака и принялась сворачивать спальник. Ей хотелось поговорить с кем-нибудь, но эльфы были раздражающе счастливы, а Эридан… С ним говорить не хотелось вовсе.
Погрузившись на волков, отряд двинулся в путь. Впереди маячила спина Эридана. Он ехал, придерживая еще не оклемавшегося Элледина в седле. Как же бесила его спина, надменная и упрямая.
- Почему ты такая мрачная? - спросил Арум, подъехав ближе. - Мы победили врага, все хорошо.
- Не все, - покачала головой Кьяра. - Будь аккуратен, не дай боги тебе попасть под заклинание! Тебя будут считать предателем и даже разобраться не захотят!
Она сказала это нарочито громко. Ей хотелось, чтобы спина услышала и почувствовала злость, клокотавшую в груди Кьяры.
- Что ж, суд был бы здесь уместнее, - тихо ответил драконид, быстро догадавшись, о чем она. - Взвесить все за и против.
- Он даже слышать ничего не хочет! - воскликнула девушка. - “Виновен, предатель, мне без разницы, жив или нет!” - она с желчью передразнила тон Эридана.
- Из-за него мы все могли умереть, - спокойно ответил драконид. - а кто-то и правда умер. Это серьезное преступление, и было бы проще, если бы он не ушел.
- Да, согласна, - кивнула она, - но от этого на душе ещё паршивее. Есть все-таки разница, предательство осознанное и под чьими-то чарами. В первом случае я бы и слова не сказала, а если он был под чарами, а теперь они спали со смертью розового, то, наверное, боится Эридана. Я бы на его месте точно боялась.
- Мы не знаем точно, сколько там было Зариллона, а сколько чар, - пожал плечами жрец. - Пока ничего нельзя сказать однозначно. Я бы хотел, чтобы он вернулся, хотя не скрою, очень зол на него, но пока Эридан в ярости, ему лучше держаться подальше.
Увидев, как пригорюнился Арум, Кьяра вздохнула:
- Ну вот, и тебе настроение испортила…
- Такое бывает, - ответил он. - Пройдет большая битва. Ты остался жив, но чувствуешь только усталость и пустоту. Вот и сейчас так. Победа, ликовать бы, но привкус горечи.