Эльф припал к кувшину, сделал несколько жадных глотков и облегченно вздохнул.
- Честь ему и хвала, - наконец сказал белобрысый. - Возможно, он спас мне жизнь, теперь я ему должен. Я не убью его, если ты об этом, но хочу узнать у него все подробности его гнусного поступка, и после…
Он не договорил, но Кьяра немного успокоилась. После он вынесет приговор, но он не будет таким жестоким, какой она ожидала от него изначально.
Эридан отложил доспехи и поддоспешник в сторону.
- Я очень устал. Решу это после того, как отдохну.
Эльф приобнял ее со спины, и она почувствовала тепло его тела.
- Еще раз спасибо, что не бросила меня там, - тихо сказал он.
Глава 28. То, что не передать словами
Эридан отстранился, и Кьяра услышала за спиной удаляющиеся шаги.
- Подожди! - воскликнула она, вскакивая с койки. - Хочу побыть с тобой…
Он удивленно обернулся:
- Я думал, ты не хочешь меня видеть.
Лицо эльфа смягчилось улыбкой.
- Пошли. Хочу принять ванну, поесть и, наконец, поспать. От меня пахнет грязью, болотом... Но, о чудо, больше не пахнет серой.
Улыбнувшись в ответ, девушка догнала альбиноса, и они вместе двинулись в сторону королевского уровня.
- Ваше Величество, вы прям как принцесса, заточенная драконом в башне, - насмешливо фыркнула тифлингесса. - Мне уже дважды приходилось спасать тебя, хотя дракон это я. Какая-то неправильная сказка получается.
- С принцессой меня роднят только благородное происхождение и прекрасная внешность, - с нарочитой напыщенностью ответил эладрин. - Я не виноват, что все хотят меня убить... Но с драконом под боком мне значительно спокойнее.
Чародейка прыснула от вида его высокомерной гримасы, и Эридан сам не удержался. Смех, словно теплая вода смыл страх и напряжение, горечь и переживания, подарил чувство покоя и душевной легкости. Как же ей не хватало этого перед сражением, отчего победа казалась пустой и пресной. Поддавшись порыву, девушка взяла его за руку и провела пальцами по ладони, словно проверяя, что он настоящий, а не иллюзия. Раньше здесь у него был красный дар Маммона… она задумчиво провела подушечкой по фаланге.
- Камень удалили, - сказал Эридан, словно прочитав ее мысли, - и теперь, как воспоминание о Лорде Жадности, осталось только послание, вырезанное на спине. Немного жаль, силы были соблазнительны. Он хотел бы поторговаться за мою душу, и я был почти не против. Все равно после смерти меня ждет только вечность скитаний и медленное сумасшествие. Зато я открыл в себе еще кое-что...
Его ладонь мягко выскользнула из руки девушки, а он сам вдруг приподнялся над полом, словно его потянуло к потолку невидимым тросом. Поднявшись на десять футов, он так же плавно опустился обратно. Чародейка посмотрела на него магическим взором. Вокруг ощущались колебания невидимых сил, но это была не магия плетения или сырая первобытная мощь, пробуждающаяся в чародее, не переливающаяся цветами Астрала магия божественного аспекта. Это вообще не выглядело как волшебство.
- Забавно, да? - сказал он, заглянув в удивленные глаза чародейки, словно безмолвно спрашивая: “Скажи, что это, дарклинг меня подери, значит?”. Девушка не смогла бы ответить на этот вопрос, поэтому просто кивнула и поспешила перевести тему:
- Выйти почти целым после сделки с лордом Преисподней - это дорогого стоит. Что он обещал в обмен на твою душу?
- Силы, много большие тех, что дал изначально, - ответил эльф. - Армии дьяволов, немыслимые богатства, возможность управлять умами окружающих… - он слегка улыбнулся. - А мне просто хотелось спать.
Помедлив на перекрестке коридоров, он двинулся в спальню. Встав напротив зеркала в полный рост, провел рукой по волосам, пострадавшим от кислотного дождя.
- Кьяра, дай кинжал, будь добра.
Лезвие тускло блеснуло в лучах солнца, просочившихся сквозь портьеры. Слегка помедлив, Эридан обрезал первую прядь. За ней последовала вторая и третья. Он повернулся к девушке:
- Помоги срезать на затылке.
Посмотрев на это, девушка покачала головой:
- Бесполезно. Придется коротко подстричь, чтобы выглядело прилично.
Эльф протянул кинжал, молча соглашаясь с ее выводом.
Кьяра срезала длинные пряди на затылке, висках, обрамляющие узкое лицо. Короткие волосы слегка ерошились, напоминая о мехе Скага. Острые уши больше не тонули в потоке волос и прямо-таки искушали дернуть за них. Лицо преобразилось.
- Выгляжу непривычно, - пробормотал он, глядя в зеркало, когда Кьяра закончила стрижку. - Словно и не я вовсе.
Тифлингесса заглянула через его плечо:
- А мне нравится, только выглядишь теперь моложе и легкомысленней. Они отрастут, ты даже не успеешь опомниться.