- А что будет с Фистиль?
Эридан немного задумался:
- Забыл о ней… Что ж, оживим ее. Сехтен не отказывается от опеки над ней. Изгнать их вместе с Зариллоном нельзя. Изгнать ее отдельно - все равно, что обречь. Знает она тоже много. Пусть будет теперь головной болью Сехтена.
Он хлопнул себя по колену, лучезарно улыбнувшись:
- С ума сойти, осталось совсем немного! Окончить эту зиму, лишить Аурил ее мстительного триумфа, и моя миссия завершена!
- Я бы не была так уверена, - осадила его тифлингесса, заплетая привычную косу. - Не представляю, где и как будем искать ингредиенты. Без знающего мага будет тяжело.
- У нас уже есть божественная эссенция, а Селани обещали кусочек окаменевшего божественного тела в обмен на перевод писем. Уже не так плохо. Осталось только раздобыть материю хаоса. Тут я опять надеюсь на Селани, и лорд Калар так удачно просит аудиенции… Но сначала церемония!
- Кстати! - лукаво улыбнувшись, девушка подошла к нему вплотную и положила ладони на плечи. - А какая будет моя награда, за неоценимые услуги Вашему Величеству? Титул у меня есть, земли мне не нужны...
Он с трудом оторвал взгляд от ее темно-серой груди и посмотрел в глаза:
- Зависит от того, чего ты хочешь, огневушка.
Она наклонилась к его уху и шепнула:
- Пусть будет желание, а ты пообещаешь его исполнить…
- Какое желание?
Кьяра отстранилась:
- Хитрое, отложенное. Ты пообещаешь исполнить, а потом, когда-нибудь я его тебе скажу.
Эльф задумчиво нахмурился, чародейка лукаво улыбнулась.
- Что, испугался?
- Нет, - ответил Эридан после секундного промедления. - Желание так желание. Только не мелочись, как тогда с Ческой.
Возмущенно фыркнув, девушка хлестнула его хвостом, и, поддавшись порыву, они затеяли шутливую борьбу. Кьяра подумала, что здорово бы было стянуть с него этот изысканный наряд и повторить вчерашнее, но он шепнул на ухо:
- Нас уже ожидают.
Облачившись в простое, но элегантное платье, Кьяра спустилась вместе с эльфом в тронный зал. Разноцветная толпа гвардейцев, одетых в парадные камзолы, уже ожидала их, общаясь и недоумевая. Тифлингесса была очень рада увидеть среди них лица Лафуса и Джадрима, пусть и несколько бледные. На душе сразу стало тепло.
Эридан сделал несколько шагов на постаменте и замер у последней ступеньки к трону. Оглядев всех присутствующих, притихших и внимательных, улыбнулся и начал:
- Друзья! Собрал вас сегодня ради нескольких событий. Во-первых, мы, наконец, сделали это. Уничтожили могучих архифей, по чьим правилам жили так долго. Сим объявляю: больше не существует Благого и Неблагого Дворов. Я упраздняю это глупое разделение. Отныне феи, эльфы: все едины. Кто же полон злобы и желает дальше вспоминать старые распри, тому стоит хорошенько подумать: так ли ему надо иметь врага в моем лице? Все это благодаря вам. Моей победы не было бы без вас, вашей храбрости, вашей жертвы. Слов не хватит, чтобы передать мою благодарность.
Он вытащил аккуратно свернутый свиток, притаившийся в складках камзола.
- Во-вторых, я выполняю свои обещания. Сехтен, подойди ко мне.
Шрамолиций отделился от толпы и сделал несколько шагов вверх по ступеням, чтобы встать рядом с королем.
- Отныне ты не Сехтен Терим, а Сехтен Авелик, первый глава своего дома, и все имущество Элаха переходит тебе, - произнес альбинос, протягивая свиток гвардейцу. - Ты был храбр и своей силой заработал то, чего заслуживал. Соответствующие бумаги были готовы уже давно, ты знаешь... Слава Сехтену, новому лорду!
Гвардия бурно отреагировала на возвышение одного из братьев, на несколько мгновений все потонуло в радостных возгласах и подбадривающих хлопках, и Сехтен спустился с постамента с искрящимися от счастья глазами.
- Но это не все! - воскликнул Эридан, перекрикивая звуки спонтанного веселья. Это заставило гвардейцев затихнуть и с любопытством уставиться на своего господина.
Он сделал повелительный жест, и слуга занес в тронный зал изысканный поднос, на котором аккуратной пирамидкой лежали свитки. Альбинос взял верхний, развернул, бросил быстрый взгляд.
- Элледин, подойди ко мне!
Блондин вбежал по ступеням, лицо у него было непонимающим. Увидев его смущение, Эридан улыбнулся.
- Элледин, мы с тобой знакомы всю жизнь, - сказал король. - Сколько помню тебя, столько ты был не просто товарищем, а опорой и в чем-то примером. Твои спокойствие и благородство всегда умели сгладить острые углы моего характера. Твой же характер подстать волосам, - он протянул свиток в руки золотистому. - Отныне ты не просто Элледин. Ты - лорд Элледин, господин Утзаира. Теперь ты сам благородный господин.