- А говорила, что знаешь, что у меня есть сердце, - улыбнулся он.
Экспедиция явно разочаровала Калара. Он ожидал получить ответы, преследуя какие-то свои неведомые цели, но Эридан сказал Кьяре молчать о том, что произошло в башне. Невозможно было рассказать о том, что произошло, не поставив под удар их обоих. Эридан не любил нарушать данное слово, но он не доверял Селани, их демоническому наследию и мотивам.
- Как мои крылья? Все так же сверкают? - спросила тифлингесса, повернувшись спиной к эльфу.
- Нет, не сверкают, - ответил он. - Кажется, ты разочаровала богиню. Ужас, правда? - и эльф тепло улыбнулся.
- Прекрасно знаешь, как я этому рада, - фыркнула Кьяра.
Она и правда была рада. Кереска забрала свой подарочек, как и власть над тифлингессой. Никакая сила не стоит того ужаса, что она пережила, когда рвала зубами Эридана.
После того, как немного отдохнули с дороги, тифлингесса пошла к Аруму, чтобы откровенно поговорить обо всем, что произошло. В комнате сильно пахло благовониями, и сам драконид выглядел голодным и уставшим. Его шкура была все такой же золотой. “Темпус не лишил его своей милости”, - подумала она.
- Здравствуй, Арум. Пришла тебе все рассказать…
Тифлингесса обстоятельно поведала ему обо всем, что произошло в башне и после нее. Когда она закончила свой рассказ, Арум ответил голосом, полным печали:
- Темпус сказал мне, что я не справился. Мне придется искупить свою вину. Я просил не говорить со стариком. Так и знал, что его слова посеют смуту.
Он с горечью покачал драконьей головой.
- Мы не могли не слушать, - объяснила чародейка. - Меня больше всего задело, когда он сказал, что ритуал против зимы не сработает. Что ингредиенты будут использованы те же, что и для ковки меча-души, но о ритуале рассказала карга, и меня стали терзать сомнения, что Аурил и Темпус заодно.
- Аурил и Темпус слишком разные, - бескомпромиссно отрезал драконид, - и я не поверю, что он позволил бы Аурил усилиться и медленно поглотить все вокруг, - он нахмурился, - Кьяра, я уверен, что вы просто попались на уловку. Мне следовало больше внимания уделять вашей вере.
- Этого мы, наверное, никогда не узнаем, - тихо ответила девушка. - Арум, что ты будешь делать дальше?
Несмотря на все, что произошло, она не злилась на жреца. Может быть он прав, и своими действиями они допустили невероятную катастрофу, а может мальчик заблуждался, растворяясь в собственной вере и принимая желаемое за действительное. В любом случае, драконид не был виноват, он сам был шахматной фигурой, управляемой невидимой рукой.
- Мне придется искупить вину перед Темпусом, - ответил драконид полным решительности голосом. - Я допустил катастрофу, так он сказал. Теперь я отправлюсь искать новые битвы.
Кьяра кивнула:
- Я знала, что тебе придется уйти. Спасибо за всё и прости, что подвела тебя.
- Берегите друг друга, - ответил Арум. - Раз уж катастрофа уже произошла, то остаётся только беречь друг друга.
Это были последние слова, которые сказал жрец Темпуса. К следующему утру он исчез из дворца, словно никогда и не приходил, и напоминанием о нем остались посох и жезл, оставленные на кровати, да легкий запах благовоний.
Глава 32. Его дама
Разрушенный дворец быстро восстановили, даже задетую пламенем часовню Темпуса, но Эридан перестал молиться. Иногда там пахло благовониями, кто-то зажигал свечи на алтаре, но не он. Предательство Владыки Битв стало глубоким ударом для эльфа, и он решил не расточать больше веры на богов, могучих тварей и сущностей, сулящих неопределенные блага.
Элледин с облегчением передал бразды правления Эридану, и альбинос ощутил укол разочарования. Он надеялся оставить трон золотистому и с чистой совестью уйти вместе с Кьярой, но это испытание оказалось непосильным для командира гвардии, несмотря на то, что между ним и Кифель явно проскочила искра. С такой женщиной, как Нилас, он мог бы закрепиться, но не пожелал такой жизни. После того, как Элледин отбыл в Утзаир, Кьяра сказала белобрысому:
- Придется тебе править.
Альбинос согласно кивнул:
- Пока не найду замену. Я надеюсь, что это ненадолго, до тех пор, пока кое-что не сделаю.
- Что?
- Остановлю эту зиму.
- У тебя есть план? - спросила она, заглянув ему в глаза. - Я готова помочь, чем смогу.
Ее горячее воодушевление заставило эльфа улыбнуться.
- Плана пока нет, - ответил он. - Придется поломать голову, но раз ключ ко всему - меч, то рано или поздно мы что-нибудь придумаем.
- Ты что-то достал из груди, я это видела, - аккуратно поинтересовалась чародейка. - Куда это делось?
- Это был меч, - глаза Эридана восхищенно блеснули. - Я вытащил собственную душу. Думал, что, когда отпущу его, он испарится, как если бы я умер... Но он все еще во мне.