Эльф потер грудь, даже сквозь ткань почувствовав глубокую трещину шрама. Из-за вмешательства Кьяры разрез получился рваный, но вскрытые реберные хрящи уже срослись.
- Я ещё не вполне понял, что произошло, почему я не умер, не стал мечом. Моя душа однозначно при мне. Может... Я не знаю... Может потому что я сам это сделал? Что если такая у него...настройка?
Идея была странной, но тифлингесса не стала отметать такую вероятность. В последнее время и так произошло слишком много того, что можно было бы назвать невероятным.
- Как минимум богам он бесполезен и, похоже, они оставили тебя в покое, и это просто замечательно, - заметила она.
- Я бы не стал так быстро сбрасывать их со счетов, - задумчиво ответил эльф. - У них есть все время мира и многочисленные верные их заветам последователи…
- Мне будет не хватать Арума, - с грустью сказала Кьяра.
- Мне тоже, - согласился альбинос. – Надеюсь, его вера принесет ему больше добра, чем мне, - он внимательно посмотрел на тифлингессу. - Что ж, это приключение закончилось. Что ты собираешься делать теперь?
- Не знаю,- она подошла к нему вплотную. - Есть предложения?
- Останься, - попросил эльф. - Без советника мне не обойтись. Кто будет меня защищать?
- Советник тебе точно нужен, - кивнула девушка, - но нормальный, из местных. И я больше не могучий дракон.
- Ты права, - согласился он. - Раз уж ты больше не дракон, а все эти придворные дела доконали тебя, может просто останешься со мной? Ненадолго. Лет на пятьдесят для начала.
- Уже лучше, - улыбнулась она, погладив его по лицу. - Но мне нужно вернуться на Фаерун, забрать Мышу. Можешь дать кого-нибудь в сопровождающие, чтобы настояли на снятии проклятия, если вдруг я забуду?
- Хорошо, - кивнул Эридан, - а я буду ждать твоего возращения.
Кьяра приступила к подготовке к путешествию. Артефакты, зелья, комплекты для оказания помощи раненым. Пока готовилась, на всякий случай попыталась превратиться в дракона. Серебряная кровь вновь крепко уснула, и чародейка почувствовала облегчение с небольшой толикой грусти.
Эридан выделил в помощь Кьяре парочку смышленых молодых эльфов из гвардии: розоволосого Раертера и темноволосого Даеспара. У второго на смуглом лице отчетливо вырисовывалась белое круглое пятно вокруг глаза, и на пристальный взгляд тифлингессы он ответил, что подобная пятнистость - характерная особенность тех, кто с побережья. Эльфы не умели разговаривать на общем, но союзники одарили двумя зачарованными шлемами, с помощью которых они могли бы говорить на других языках. Не забыла чародейка и про Лиама, бывшего денщика Эридана. Толстяк пережил войну и работал поваром в крепости у врат. После победы он, как и многие другие, получил щедрое вознаграждение, и теперь готов был вернуться на материальный план, чтобы осуществить мечту - открыть свою таверну.
Подготовка заняла несколько дней. Вечером последнего дня Эридан подозвал Кьяру к себе:
- Хочу кое-что показать, только не пугайся.
Расшнуровав рубашку на груди, он впился пальцами в шрам, поморщился от боли и медленно вытянул что-то сияющее, словно вместо сердца у него - демиплан. Он взмахнул этим клинком, лезвие издало мелодичный перезвон, словно кромка хрустального бокала. Он посмотрел на Кьяру, в радужках пылало белое сияние.
- Он - это я, - сказал эльф, - и когда я держу его, вижу все иначе, - он повернулся вокруг своей оси, разглядывая помещение. - Я вижу нити повсюду, от существ и предметов. Я знаю, что это. Эти нити ведут к божествам, через них жрецы получают заклинания, а боги - энергию чистой веры, - он пристально посмотрел на Кьяру. - Я вижу такую от тебя к Тиморе. У меня была такая же, только к Темпусу, и я обрезал ее. Больше Владыка Битв ничего от меня не получит.
Кьяра зачарованно наблюдала за пляской сияющего меча в его руке. У нее не было причин не верить ему, хотя слова и звучали бредово, и на всякий случай попросила не трогать нить, связывающую ее с Тиморой, богиня много раз благосклонно улыбалась ей, спасая из передряг.
Утром, перед самым отъездом чародейка спросила, что привезти из материального плана. Сама она уже составила большой список разнообразных приборов, реагентов и артефактов, которые могли б понадобиться в дальнейшем.
- Толковых специалистов в разных областях, - сказал эльф после долгого раздумья. - Кто не побоится прийти сюда. Я буду рад новой крови.
- Это должны быть эльфы? - уточнила тифлингесса.
- Не обязательно. Я буду рад любой расе. Я немного изменил свое отношение.
Кьяра еще раз удивилась переменам, произошедшим с ним. Неужели перестал быть таким махровым расистом? Это не могло не радовать.