- Я бы предпочел, чтобы меня оставили в покое, - вздохнул эльф. - Хочу, наконец, пожить для себя, а не во имя клятвы, долга или еще чего.
- Боюсь, от наших желаний это не зависит, - ответила тифлингесса, закрепляя плащ на его плече. - Да и у тебя есть люди, за которых ты несёшь ответственность, и, видимо, королевство. Да знаю, что ты не хочешь, но...
- Гвардейцы служат мне, но после смерти Мэб они будут свободны от любых обязательств, - покачал головой Эридан. - Пусть исполнят, наконец, свои мечты.
“Да”, - подумал альбинос, - “пора им пожить своей жизнью. Они не могут вечно таскаться за мной. Ни семьи у них, ни земли, ни будущего”.
- Глупый ты… - вздохнула тифлингесса.
Они спустились в тронный для завтрака. Проходя через сад, Эридан невольно задумался, что будет после победы над Мэб. Он навсегда покинет Страну Фей, что отринула его душу, никогда больше не вернется. Уйдет на Фаерун, обналичит свои банковские счета… а дальше все укрыто туманом. Что он будет делать? Станет наемником? Купит замок и будет выращивать виноград? Отправится в далекое путешествие в поисках места под солнцем и смысла жизни? Он внезапно растерялся, поняв, что на Фаеруне ему тоже нет места.
После завтрака, Кьяра спустилась к гвардии. На дежурство заступили Ятар и Вонтар, и девушка, наконец, смогла посмотреть на нового гвардейца из дома Амавель. Невысокий, гибкий, с короткими голубыми волосами, которые сильно контрастировали с теплыми карими глазами. Движения у него были легкими, танцующими, а улыбка навевала мысли о плутах и сердцеедах. Невольно залюбовавшись его ловкостью, девушка все-таки взяла себя в руки и пошла в казармы, в поисках Задара. Красноволосый отдыхал после ночного дежурства, но готов был продолжить занятия, тем более что девушка приправила свою просьбу вполне заслуженной похвалой с маленькой толикой лести. Ему удавалось так просто и доступно объяснять, что с каждым уроком чародейка узнавала много нового. Да и общаться с ним, когда он перестал строить из себя героя-любовника, стало намного приятней. Но, несмотря на успехи, до свободного общения еще было очень далеко. Темой сегодняшнего урока были прилагательные, и Кьяра узнала забавный факт: оказывается, второе имя Эридана, Аманес, переводится “прекрасное сердце”. “Понятно, почему он бесится”, - подумала тифлингесса. - ”Такой злой и страшный, а имя как у принцессы”.
Закончив с эльфийским, она заглянула проведать волка. Зверь потолстел и обленился от спокойной и сытой жизни. Чародейка предложила Задару и Лаемару устроить небольшую гонку на волках. В компании этих двоих она увидела девушку и догадалась, что это и есть Хатаэ. Невысокая, фигуристая, с орехового цвета волосами, заплетенными венцом, и серыми глазами, она не походила ни на сильного бойца, ни заклинателя. “Нужно будет проверить ее”, - подумала чародейка.
Гвардейцы с охотой согласились погонять разжиревших зверей, к ним присоединилась и Хатаэ, хотя в глазах читалось сомнение. Наверное, своего волка она еще не объездила.
Договорились о забеге до небольшого озера в двух милях от замка и обратно. Сразу на старте Скаг вырвался вперед, несмотря на густой лес, замедлявший движение. Бедный Задар не справился с этим препятствием и вписался головой в ветку. Триумф Кьяры был недолгим, скоро Лаемар и Хатаэ обогнали ее.
- Скаг, непорядок. Вперёд, пухлячок, - шепнула тифлингесса в мохнатое ухо.
Виновато заскулив, волк сделал рывок и обогнал Лаемара, поравнявшись с Хатаэ. Эльфийка что-то шепнула своей волчице, и та внезапно взбрыкнула, осыпав морду Скага комками земли. Заскулив, тот притормозил, чтобы очистить глаза, а Кьяра с удивлением заметила, что на озере появилась ледяная дорожка, по которой устремился Лаемар, обгоняя девушек. Чародейка взмахнула рукой, развеивая замораживающую магию. Фиолетовый, вскрикнув, ушел под воду вместе с волком. Удостоверившись, и зверь, и эльф всплыли на поверхность, Кьяра продолжила гонку.
Почти у самой финишной прямой Скаг обошел волчицу Хатаэ. Эльфийка заметно расстроилась, ее не устраивало второе место. Спустя какое-то время вернулись мокрый до нитки Лаемар и Задар, с залитым кровью лицом.
- Ах ты, красненький, пошли, я тебя полечу, - мурлыкнула эльфийка, сплетая исцеляющее заклинание.
Гвардеец разомлел от такой заботы, а тифлингесса поинтересовалась у Лаемара о его магических способностях, которые тот раньше не демонстрировал. Тот пожал плечами: