Он ни в чем не виноват.
- Передам, - кивнул головой Элдол.
- Еще… я вручаю милосердию короля свою супругу леди Игрейну… Я виноват перед ним… И еще… Мерлину передайте… - Горлой задыхался. – Мерлину – мое проклятие…
Шепот герцога перешел на хрип, его глаза закрылись. Над головой Элдола хрустнула ветка. Он поднял голову. Большая птица взвилась в небо и растворилась в ночи. Костры догорали.
Через некоторое время, стремясь опередить наступление утра, по лестнице башни Тинтажеля сбежал юноша и звякнул мечом у потайной двери. Дверь приоткрылась.
- Наступает утро, - тревожно прошептал юноша, - поторопитесь!
Прибрежные скалы еще утопали в ночном мраке, когда по тропинке спустились два человека, пробираясь к оставленным ими под стенами замка лошадями. Въехали в рощу, старший придержал коня и обратился к младшему:
- Мерлин! Мне нужно многое рассказать тебе.
- Некогда, мой король! Разговоры придется отложить на неопределенное время. Сейчас для нас важнее всего успеть доскакать до Демилиока. Слушайте главное: бунт подавлен, Горлой убит.
- Мерлин, Мерлин! – с нежностью прошептал король, но маг не услышал его. Кони перешли в галоп. Тьма постепенно рассеивалась. К Демилиоку подбиралось утро, стремясь обойти всадников.
Недалеко от Демилиока Мерлин остановил коня и, теряя силы, рухнул на землю. Последние слова магической формулы, которую он начал произносить еще во время скачки, сорвались с его губ. Вспыхнуло пламя. Королевский конь вздыбился и захрапел. Усмирив своего измученного скакуна, Утер Пендрагон покинул седло и наклонился над лежащим на земле спутником.
Мерлин казался мертвым. Глаза его были закрыты, щеки ввалились, он не дышал. Король с перевязи рог и затрубил в него. Тут же послышался ответный сигнал. Группа всадников выехала из лагеря, направляясь к королю. Они везли с собой большой паланкин. С превеликой осторожностью уложили в него бесчувственное тело чародея и укрыли его меховыми одеялами.
Тут к Утеру Пендрагону подскакал Ульфиус Риккардокский, которого Мерлин посвятил в свои планы, ибо знал, что во время беспамятства чародея королю потребуется поддержка друга. Рядом с Ульфиусом скакал юноша, почти мальчик, в одежде пажа, на которой отсутствовали цвета, указывающие на принадлежность к какому-либо рыцарскому дому.
- Приветствую вас, мой король! – задыхаясь от бешенной скачки, выкрикнул Ульфиус. – Кому вы намерены поручить заботы о нашем друге? – Он указал на паланкин.
Утер Пендрагон нахмурился.
- Этот человек, как мне сообщили, ночью погиб в сражении.
- Вы имеете в виду Бритаэля?
- Да, Ульфиус, и теперь я в растерянности. Тут не простое дело.
- Я готов помочь вам, мой король! Поручите Мерлина Тельгесину, - и он кивнул в сторону юного пажа.
- Ребенку? – спросил король, и в его голосе сквозь удивление явно пробивались нотки раздражения.
- Он действительно молод, - согласился Ульфиус, - но он не по годам рассудителен, отважен и привержен тому же искусству, которому служит Мерлин. Тельгесин уже сейчас недурной врачеватель и звездочет. Ему полезно будет пройти курс обучения у нашего друга.
- Надежен ли он? – король с тревогой взглянул на паланкин.
- Да! – твердо произнес Ульфиус. – Если вы доверяете мне, можете довериться и ему. Я ручаюсь за Тельгесина.
- Пусть будет так, - принял решение Утер Пендрагон.
Вдвоем с Ульфиусом они дали необходимые указания юноше, слушавшему их почтительно и с вниманием. Затем Тельгесин построил небольшой отряд, выделенный для сопровождения носилок и они двинулись к Эриру. Глядя на печальную процессию, король почувствовал, что у него защемило сердце.