– Может ли столь преданный друг моего возлюбленного, короля и повелителя не быть мне другом? Могу ли я подвергнуть опале того, кто является опорой трона короля бриттов? Могу ли я сердиться на того, кто принес мне самую сладостную в моей жизни весть и рассеял самое страшное мое сомнение? Поверил ли ты хоть на миг, что я могу позвать палача?
– Нет, не поверил, – смущенно сознался маг.
– Ты в самом деле сын инкуба, – вздохнула леди.
– Позволит ли мне леди поспешить к нашему королю, чтобы избавить его от тягостных сомнений?
– Не только позволит, но прикажет оседлать для тебя самых резвых коней, Мерлин, – наконец улыбнулась Игрейна.
– А вот это лишнее, – сказал маг и, намекая на их первую встречу, добавил. – Достаточно вам, леди, распахнуть окно.
Игрейна взялась за тяжелый ставень, а когда в залу ворвался морской ветер, из-за ее плеча устремился навстречу свету сокол и взмыл ввысь. Шум волн тут же заглушил победный клекот, но леди еще долго стояла у раскрытого окна, глядя вслед улетавшей птице, опасаясь, что все пережитое ею может оказаться только сном.
Утер Пендрагон был весьма поражен и обрадован, когда увидел в своих покоях веселого и бодрого мага. Король полагал, что пройдет дней десять, прежде чем силы вернуться к чародею. Но невозможно описать, как возликовало сердце Верховного короля бриттов, когда он услышал, что Мерлин не только обрел прежние силы, но уже успел посетить вдову герцога Горлоя и услышать от нее признание в любви королю. Великая радость, однако, не помрачила рассудка Утера, и он счел нужным осведомиться у Мерлина:
– Когда я могу повести достойную леди к венцу так, чтобы мои подданные не усмотрели неблагоразумной поспешности в нашем браке? Слишком свежа земля на могиле Горлоя, оставившего о себе память в сердцах многих вассалов. Боюсь, что и герцог Кадор почувствует себя оскорбленным, узнав, с какой поспешностью леди Игрейна сменила герцогский венец на королевский.
– Ах, мой король, - вздохнул Мерлин, - все сказанное вами весьма мудро. Я первый счел бы своим долгом удерживать вас сколь можно долго, если бы не дитя, чье появление на свет мы не можем задержать. Помните, что должен родиться королевский сын, а не сын герцога, поэтому промедление со свадьбой сейчас просто неуместно. Верьте мне, нам предстоят нелегкие хлопоты, чтобы ребенка признали вашим наследником. Я постараюсь объяснить герцогу Кадору, что ваш брак преследует важную политическую цель, ведь король примет в свой дом дочь герцога Горлоя. Кадор не по летам мудрый юноша, он все поймет и сумеет убедить своих вассалов.
– Да, – согласился Утер Пендрагон, – все это очень разумно.
– Чтобы соблюсти все приличия, – продолжал маг, – венчание надлежит провести скромно, без шумных пиров, но, не забыв одарить всех ваших подданных по случаю такого знаменательного события. Молодая королева, чтобы не оскорблять память усопшего герцога, воздержится от появления на людях до самого рождения ребенка, о чем будет объявлено на три месяца позже самого события.
– Это слишком сложно, – покачал головой Утер Пендрагон. – Можно ли сохранить в тайне рождение королевского сына?
– Да, мой король, это сложно, но не невозможно. Пусть молодая королева, якобы во исполнение данного обета, остается в Тинтажеле с малой свитой. Охрану замка вы поручите сэру Ульфиусу, я же направлю в Тинтажель моего пажа Тельгесина… Кроме этого, я приму свои меры, чтобы доподлинно узнать, какова длина языка у каждого, кто будет находиться в замке, и если кто-нибудь задумает сболтнуть лишнее, он онемеет навеки.
– Пусть будет так, – согласился король. – Думаю, мне следует немедленно навестить Леди Игрейну.
– Несомненно, – одобрил решение Утера Пендрагона чародей, – но с малой свитой. Возьмите с собой сэра Ульфиуса и свою дружину.
– Ты поедешь с нами?
– Нет! Я отправлюсь к герцогу Кадору. Надо подготовить Корнубийского властителя, чтобы избежать неожиданностей.
И вот через несколько дней в королевском замке именем Церкви леди Ингрейна была провозглашена супругой Верховного короля бриттов и сразу же после венчания отбыла обратно в свой замок Тинтажель, извинившись перед своим царственным супругом за данный ею еще до его сватовства обет.