Часовые заметили Степана издали, но узнав в нем одного из своих командиров, замерли по стойке «смирно».
– Что-то здесь не так. – Микутин покачал головой. – Он делает что-то не то. Тревожные у меня предчувствия, ребята. Не спускайте с него глаз, но и… Не трогайте. А я – к Корнилову, советоваться.
Бамбуло тем временем вырвал автомат у первого попавшегося на пути охранника, а когда тот попытался протестовать, заехал ему кулаком в челюсть. Затем направил «калаш» на часовых и потребовал деревянным голосом:
– Дверь. Открыть. Быстро.
Охранники переглянулись. Их тоже беспокоило странное и чересчур агрессивное поведение Степана, но перечить ему они не стали, а просто расступились и открыли стальную дверь. Спускаясь по лестнице вниз, Бамбуло грубо оттолкнул электротехника, пытающегося доложить ему о состоянии дел.
Через минуту Стук оказался в просторном зале, заполненном гудящими трансформаторами. На нескольких пультах управления перемигивались разноцветные лампочки.
Первым делом Степан дал очередь по лампам на потолке. Зал погрузился в полумрак. Четыре электротехника с изумлением смотрели на Бамбулу, лицо которого не выражало никаких эмоций. Он прижал приклад «калаша» к плечу.
– Все вон!
– Товарищ Бамбуло, мы не имеем права покидать пост, – возразил самый смелый. – А вы не имеете права…
Степан подошел к мужчине, схватил его за волосы и несколько раз ткнул лицом в пульт. Потом отшвырнул обмякшее тело и начал палить во все, что попадалось ему на глаза. С треском взрывались лампочки, во все стороны летели осколки пластмассы, сыпались искры от разрубленных пулями высоковольтных кабелей.
Когда рожок «калаша» опустел, Бамбуло начал работать прикладом, уничтожая все, что можно было уничтожить.
К людям, столпившимся у бункера, подбежал Микутин.
– Взять его! Приказ Хорошева! Стоп! Куда поперлись? Автоматы и ножи на землю! В курсе, что он может вас всех положить? А так… Только покалечит.
Бамбуло тем временем закончил свою работу: уничтожил все, что было связано с ненавистным электрическим светом. Миссия, которая зародилась в его голове, была выполнена. Стоя в полной в темноте, Степан осмотрелся. Вокруг него на кабелях, переброшенных через стальные потолочные балки, висели люди. Их было так много, что Стуку приходилось раздвигать повешенных, продвигаясь в глубь бункера. Синие лица, высунутые языки и вылезшие из орбит глаза… Степан с трудом отыскал свободное место на одной из балок, вырвал из трансформатора кабель, соорудил из него петлю и взобрался на поваленный электрический шкаф.
– Дело сделано, – пробормотал он, просовывая в петлю голову. – Фокус-покус!
Бамбуло сделал шаг вперед, повис, тело его задергалось. Еще пару секунд – и позвоночник был бы сломан, но подоспевший охранник схватил Степана за ноги. Второй, взобравшись на шкаф, развязал петлю. Бамбуло не остался в долгу: несколько хорошо поставленных ударов – и спасители улеглись рядышком на полу. Стук рванулся к лестнице, где его уже ждали остальные охранники. Дрался он, как лев, но на этот раз силы оказались неравными. Его скрутили, сковали наручниками, а ноги связали ремнем. Так, плотно упакованного, и отнесли в бункер, где накануне проходило совещание. Теперь, благодаря стараниям Степана, зал был освещен керосиновыми лампами. Буяна уложили на сдвинутые стулья. Подошел полковник Хорошев.
– Что случилось, Степа?
– Фокус-покус! – завопил Бамбуло, изгибаясь всем телом в надежде освободиться от пут. – Фокус-покус, мать вашу! Сегодня ночью мы придем за тем, что принадлежит нам по праву! Будет темно, как у негра в заднице, и ваше племя не сможет долго сопротивляться!
– А ты, стало быть, уже не наше племя? – Хорошев обернулся к группе людей в белых халатах, которые с растерянным видом наблюдали за происходящим. – Чего молчите, товарищи ученые, доценты с кандидатами? Что с парнем?
Вперед выступил уже знакомый Хорошеву очкарик, консультировавший вчера Корнилова.
– Случай неординарный. Я бы даже сказал – уникальный. Это очень интересно. Я давно мечтал встретиться с жертвой самых загадочных мутантов. Думаю… Гм, даже уверен, что с ним поработали гипносы. Они подожгли товарищу Бамбуле мозг…
– Подожгли?! Так туши, мать твою! – рявкнул полковник. – У нас совсем не осталось людей! Ночью не будет прожекторов, света в помещениях, и твои гипносы станут полновластными хозяевами моего поселка. За что мы вас кормим, академики-бездельники?! Действуйте, или гипносы подожгут ваши тухлые мозги!