– А люди? Что прикажешь нам делать с солдатами? – не унимался Бамбуло. – Кому станет лучше, если ящерицы станут еще злее?
– Стоп. Тут все ясно, Степан. Нам придется отступить к Пирамиде. Организовать последний рубеж обороны. – Хорошев задумчиво прошелся по комнате, вернулся к столу и склонился над картой. – Потом наши гранатометчики обстреляют ферментом мутантов, и те начнут грызть друг дружку. В этом что-то есть…
– Сергей, ты предлагаешь сдать мутантам Первый Периметр?
– Он и так почти сдан, Степа. Несколько часов – и наша оборона будет прорвана. Лучше организованное отступление, чем беспорядочное бегство.
– А твой фермент подействует? – Стук начал сдаваться. – Точно разозлит ящеров?
– Это наука, товарищ Бамбуло, – вздохнул Людвиг. – Гарантировать результат на сто процентов нельзя, но… Думаю, все получится.
– Лучше будет, если получится. – Стук погрозил ученому кулаком. – У нас и так все плохо. Для тебя будет лучше, если получится. Ладно, иди, вари свое зелье.
Оставшись наедине с Хорошевым, Стук нахмурился.
– Ты понимаешь, полковник, что мы сами загоняем себя в угол? Пирамида превратится в ловушку, из которой не будет выхода.
– У нас и так его нет, а так может появиться шанс. Кроме обычного оружия и того, что, может быть, сварганит Прокофьев, используем огнеметы. Они у нас портативные, небольшого объема, и бьют всего на десять метров, но если правильно оборудовать позиции огнеметчиков, может завариться приличная каша. Для ближнего боя вполне сгодится.
– Эх, сдается мне, полковник, что все бои у нас теперь будут ближними. Лады. Не мне тебя тактике и стратегии учить. – Степан выглянул в коридор. – Командиров групп – ко мне!
Уже через полчаса вокруг Пирамиды начал расти последний рубеж обороны. В ход шли мешки с песком, бетонные обломки плит, разрушенных взрывом, – все что имелось в Пирамиде и могло пригодиться для сооружения баррикады. Одновременно с этим поисковые группы выводили жителей Жуковки из их укрытий в Пирамиду. Не обходилось без стычек с мутантами, но днем их напор немного ослаб.
Стук провожал взглядом вереницу людей, шедших в Пирамиду. Совсем недавно многие из них и помыслить не могли о том, чтобы вот так запросто войти в святую святых Рублевской Империи. Раньше это было бы тем же самым, что побывать в Кремле и поздоровкаться с бессменным президентом, не без участия которого в 2013-м началась новая эра. Тогда Степан был совсем пацаненком, но хорошо запомнил лицо кремлевского владыки, обещавшего россиянам все земные блага. Жаль, что того президента не было среди этой трясущейся от страха богемы…
Кстати, напуганы происходящим больше всего были те, кто был одет лучше других. Противогазы делали жителей Жуковки похожими друг на друга, но остальным нарядом – комбинезонами из разноцветной резины, «берцами», сшитыми на манер лабутенов, и прочими одежно-обувными выкрутасами – элита сильно отличалась как от буржуев средней руки, так и от простых гастов.
Стук ухмыльнулся. Теперь все эти красавцы, привыкшие купаться в роскоши, зависели от него – простого мужичка без роду-племени.
Правда, эйфория собственной значимости улетучилась, когда Бамбуло увидел направлявшегося к нему Микутина. Тот едва передвигал ноги, а повязка на рукаве, наложенная прямо поверх прорезиненного комбинезона, насквозь пропиталась кровью.
Уложив очередной мешок с песком на баррикаду, Стук вышел навстречу Микутину.
– Ранен?
– Это ничего. До свадьбы заживет.
– Варан цапнул?
– Если бы. Мы нашли одну группу, хотели вывести, но эти гады начали отстреливаться.
– Небось, компания Кроликова?
– Похоже на то. Вооружены до зубов и беспрестанно молятся.
– Они. Ничё, отмолились. Нехай теперь о них мутанты позаботятся. А ты ступай к санитарам. Пусть перевяжут как положено.
– Слушаюсь, товарищ Бамбуло.
Войдя в Пирамиду, Микутин пошел в медпункт. По пути он заглянул в распахнутую дверь и увидел мечущихся между столами, заставленными колбами и пробирками, людей в белых халатах.
В лаборатории кипела работа над синтезом фермента агрессии для земноводных. Прокофьева было не узнать. Очкарик-ботаник, ухватившийся за большую идею, преобразился. До хрипоты кричал он на подчиненных, не позволяя им мешкать. Спорил и ругался с группой гранатометчиков, переданных в его распоряжение. Он будто стал выше ростом, а в голосе прорезались начальственные нотки – в созвездии гениальных ученых, работавших в Жуковке, зажглась новая звезда.
Бамбуло тем временем работал на баррикадах. Благодаря его энергии и целеустремленности линия защиты превращалась в серьезное препятствие на пути мутантов. Степан занимался сооружением очередного пулеметного гнезда, когда со стороны Периметра, еще не оставленного бойцами, раздались автоматные очереди и ухнуло несколько гранат.