Отбросив неприятные мысли — алкоголь этому вполне способствовал, — я вышел на улицу.
Ночь веяла прохладой, и от свежего воздуха у меня на мгновение закружилась голова. Я обеими руками схватился за набалдашник моей шпаги-трости, исполнявшей сейчас свою прямую функцию.
— К вашим услугам, сэр.
Я испуганно поднял голову. Из бокового переулка выехал кеб, и хотя он остановился прямо передо мной, я его сперва не заметил. Извозчик, прищурившись, смерил меня добродушным взглядом.
— Э-э-э… да, пожалуйста. — Поправив воротник накидки, я подошел к кебу.
Кучер, ловко спрыгнув с козел, открыл дверцу и вежливым жестом пригласил меня сесть.
— Прошу вас, к вашим услугам. Куда изволите ехать, почтеннейший?
— Эштон-плейс, дом девять, пожалуйста.
Его непринужденность мгновенно исчезла. Встав навытяжку, кучер напрягся. Вид у него был настолько подобострастный, что я невольно ухмыльнулся.
— Простите, сэр, — поспешно произнес он, — я не знал, что благородный господин…
— Ладно, ладно, — отмахнулся я. — Забудьте обо всех этих реверансах. Просто отвезите меня домой, о'кей?
— Так точно, сэр!
Хотя, несомненно, последнее слово выдало мое американское происхождение — истинный англичанин предпочел бы откусить себе язык, чем произнести «о'кей», — извозчик ничего не мог с собой поделать. Пару раз поклонившись, он помог мне сесть в кеб.
Тяжело опустившись на бархатное сиденье, я глубоко вздохнул. В голове у меня постепенно прояснилось. Я услышал, как кучер залез обратно на козлы. Экипаж слегка качнулся, и меня затошнило. Когда же кеб сдвинулся с места и, подскакивая на неровной мостовой, поехал по улице, моему желудку и вовсе стало невмоготу. Я специально выбрал пивную далеко от Сити, ведь завсегдатаями тамошних заведений были не щеголеватые хлыщи из дорогих клубов, расположенных в центре города, а люди, с которыми я привык общаться в Нью-Йорке во времена моей молодости. Это были представители рабочего класса — простые парни с грубым юмором, всегда готовые пошутить, пускай их шутки иногда и звучали не очень-то пристойно…
Мне хотелось перенестись в юность и вновь оказаться одним из них, но, несомненно, мое желание было лишь реакцией на пережитые мною несчастья. Если бы я остался в нью-йоркском порту, моя жизнь могла бы пойти по вполне определенному пути: либо я стал бы простым обывателем, прячущимся за шведскими гардинами, либо членом одной из многочисленных банд. А что еще остается делать, если ты зарабатываешь на жизнь воровством и разбоем? Рано или поздно я бы получил пулю в спину или закончил свою жизнь на виселице…
И тут я услышал какой-то крик!
Хотя он доносился издалека и его заглушал стук копыт, меня бросило в жар. Мне часто приходилось слышать подобные крики, и я знал, что так кричат люди, оказавшиеся перед лицом смертельной опасности. Вскочив, я забарабанил в деревянную перегородку, отделявшую меня от козел. Послышалось недовольное ворчание извозчика, и в перегородке открылось маленькое смотровое окошко.
— Да, сэр?
— Остановитесь, быстро! — рявкнул я.
Удивленно приподняв брови, извозчик отвернулся.
— Тпру! Тпру, Лизи, тпру!
Экипаж медленно остановился, и я выскочил на тротуар. Мое опьянение как рукой сняло — крик меня мгновенно протрезвил.
Кучер удивленно уставился на меня.
— Что-то не так, сэр? — спросил он.
— Вы что, не слышали, как кто-то кричал?
— Знаете ли, сэр, мои уши уже не те, что прежде…
— Тихо! — перебил я его. — Слышите?
Издалека опять донесся вопль, и в этот раз я даже сумел определить направление. Не медля ни секунды и не обращая внимания на беспомощные возражения кучера, который, очевидно, подумал, что у меня белая горячка, я запрыгнул на козлы.
— Быстрее, приятель! Поехали! Там женщина в опасности! В смертельной опасности!
Я махнул рукой в ту сторону, откуда доносились крики.
Наконец-то догадавшись, в чем дело, извозчик развернул кеб и хлестнул лошадь. И все же, судя по его виду, он не был убежден в моей правоте.
— Должно быть, это просто семейный скандал, сэр, — предположил он. — Здесь это часто бывает. Наверняка ничего серьезного.
Почти не слушая его, я пристально всматривался в темноту. Крики смолкли. Проклятие! Неужели я опоздал?