— Думаю, только ты это и смог вычитать, поскольку сам собирался стать писателем.
— Да нет, вы можете спросить у кого угодно. А когда нашему герою, блестяще проучившемуся в Париже три года, пришла пора отправляться на родину, он внезапно заболевает туберкулезом. В те времена туберкулез считался смертельной болезнью, не было никаких методов лечения, никаких лекарств, способных справиться с ним, поэтому нашего героя посылают в высокогорный санаторий, где ему предстоит пройти курс климатотерапии. Там судьба сводит его с тремя молодыми людьми, товарищами по несчастью, и один из них, Жак, астрофизик, рассказывает ему о существовании великой силы, приводящей в движение Вселенную, причем толкует эту силу как того самого Бога, которого проповедовал Иисус Христос. Жак подбадривает героя, говоря, что туберкулез был ниспослан ему Богом как величайшая милость и его следует принимать с радостью, советует ему бросить экономику и стать писателем, ибо таково желание Бога. Герой, ощущая близость смерти, готов доверить свою судьбу этому великому Богу, но рассуждения Жака кажутся ему слишком умозрительными, лишенными реального смысла, он близок к отчаянию… Так или иначе, болезнь благодаря курсу климатотерапии отступает, состояние героя улучшается настолько, что он возвращается в Японию, вернувшись же, совершенно случайно становится писателем, а там — тяжелые годы войны, капитуляция… В прошлом году он сталкивается со странным явлением, ему открывается, что сила Великой Природы, которую проповедовал Жак, есть не что иное, как Бог-Родитель, творец всего живого на земле, в том числе и человека, причем сам Бог является ему, чтобы сказать о Своих родительских чувствах. Более того. Он требует от девяностолетнего героя, находящегося на пороге смерти, чтобы тот начал писать книгу… Когда я дочитал до этого места, я вдруг понял: ну, конечно же наш герой, начиная с его сиротского детства и вплоть до сего дня, находился под защитой любви Бога-Родителя, и эта мысль принесла мне какое-то странное облегчение…
— Просто мы с тобой дружим уже много лет, и ты невольно путаешь меня с героем.
— Нет, это не так. Перечитав книгу дважды, я понял, сколь велика любовь Бога-Родителя к людям, сколь велико желание заслонить их от бед, точно так же, как Он заслонил героя вашей книги. Меня восхитила сила отеческой любви Бога, которого человечество на протяжении всей своей истории неоднократно повергало в печаль. Однако когда я перечитал книгу в третий раз, я испытал такое потрясение, будто меня скинули с вершины горы. Мне показалось, что скорлупа моего «я» вдруг треснула и из нее вылупилось мое истинное человеческое «я». Я понял, что был виноват перед вами, и из глаз моих брызнули слезы… Целых пятьдесят лет мы общались, а я вас не знал. Это непростительно, я стыжусь себя… Вчера я пришел, чтобы сказать об этом, но как-то не получилось…