Следует сказать, что цветение помогает точному определению растения, так как место появления на стебле кактуса бутонов служит важнейшим классификационным признаком. По нему определяется принадлежность экземпляра к той или другой группе — только что упоминавшихся лобивиевых, эхинокактусовых или мамилляриевых. (У последних бутоны показываются из пазушек между покрывающими стебель сосочками.)
Раскрывшийся цветок дает возможность для более точного определения вида кактуса: окраска, форма чашечки и лепестков, количество и цвет рылец пестика, длина тычинок — все это помогает найти полные «паспортные данные», что не только интересно, но и полезно, так как у отдельных видов существуют различные «слабости» и «предпочтения», которые важны для правильного ухода за ними.
Многие кактусы завязывают семена без перекрестного опыления, например большинство ребуций и аилостер, некоторые эхинокактусы, мамиллярии и цереусы. У видов же, требующих перекрестного опыления, иногда удается получить семена при помощи отряхивания кисточкой пыльцы с собственных тычинок на рыльце пестика. Правда, семена, полученные таким образом, мельче и количество их меньше, но все же имеет смысл это делать. Но бывает, что и перекрестное опыление не дает результатов, если оба опыляемые растения выращены из деток одного маточного растения. Иногда эта «память» растений достигает неправдоподобной степени: после окончания Отечественной войны один московский любитель привез из Чехословакии отросток неизвестного у нас вида долихотеле (Dolichothele). Кактус этот, принадлежащий к группе мамилляриевых, легко дает отростки, и в короткое время его удалось так размножить, что не только у московских любителей, но и в других городах этот вид уже стал обычным. Так вот через двадцать лет после этого все еще не удается получить семена при перекрестном опылении: кактус упорно «помнит» общего предка!
Такой же требовательностью в этом отношении отличается и широко распространенный у нас зигокактус (Zygocactus), у которого крайне трудно получить завязь и семена.
В большинстве случаев, однако, кактусы легко завязывают плоды, даже при опылении пыльцой другого вида. Вот почему я считаю нужным напомнить читателям о той просьбе, с которой незадолго до своей смерти обратился ко всем кактусистам мира известный ученый-кактусовед Курт Бакеберг. Он просил не портить кактусы беспорядочной и случайной гибридизацией, увеличивая безымянными гибридами и без того громадное число существующих видов.
Если ягода завязалась, не надо торопиться ее снимать с растения: сроки вызревания плода сильно колеблются в зависимости от рода, и рано снятая ягода будет содержать невсхожие семена. У некоторых мамиллярий плоды появляются через год после цветения, внезапно возникая в пазушках бугорков в виде кораллово-красных продолговатых плодиков, напоминающих по форме барбарис. Ягода рипсалиса похожа на белую или розовую полупрозрачную смородинку, а крупный лиловатый плод эпифиллюма — на блестящую сливу. Не у всех кактусов плоды голые, у некоторых родов, например у нотокактусов, они закутаны густыми шелковистыми волосками, а у других покрыты колючками.
Созревшая и лопнувшая ягода иногда рассеивает свои семена вокруг стебля. Такой самосев не всегда входит в планы любителя, так как, даже если он не собирается сохранить семена для обмена с другими кактусистами, а хочет их посеять сам, осень (время вызревания плодов) — неподходящее время для посева. Семена лучше собрать, отряхнуть на подостланную белую бумагу и сохранить в бумажном пакетике, на котором написать название растения, в сухом месте до весны, когда можно будет приступить к посеву.