К сожалению, приходится сказать, что эти кустари отнюдь не испытывают затруднений из-за недостатка материала; мертвых кактусов сколько угодно, и, несмотря на законы, изданные для их охраны, и учреждение многочисленных заповедников, путешествующие варвары продолжают свое гнусное дело: губят и калечат неисчислимое множество и без того вымирающих кактусов. Мне пришлось прочесть статью возмущенного человека, проехавшего по знаменитому заповеднику «Страна Сагуаро» ("Saquaro Land") в Аризоне, созданному для того, чтобы сохранить для грядущих поколений сказочно прекрасные рощи Карнегии гигантеа. Его рассказ об отвратительном зрелище бесцельно изуродованных и загубленных растений проиллюстрирован фотографиями изломанных и полусожженных карнегий, увешанных в приступе дикарского «юмора» старыми башмаками, шинами и тряпьем. Эти фотографии производят страшное и позорное для человеческого существа впечатление. Кстати, статья называется «Homo sapiens» («Человек разумный»). Если в 1940 году на площади рощи в 15 гектаров было 1400 карнегий, то сейчас их всего 900: каждый год погибает один из шести кактусов.
Но более всего угрожают кактусам туристы из США и Европы, тоннами вывозящие наиболее интересные и редкие виды, несмотря на то, что экспорт кактусов из Мексики, например, запрещен специальным законом.
О варварском истреблении кактусов часто говорят и пишут ученые после возвращения из экспедиций, и надо оговорить, что во всех случаях людей возмущает именно бессмысленность уничтожения растений. Каждому кактусисту-исследователю приходилось во время работы в безводных местностях срубать старые большие кактусы, но это делалось по необходимости, чтобы утолить жажду. Ведь съесть мякоть кактуса, все равно что съесть арбуз или огурец. Как и арбуз, и огурец, кактус содержит в своих тканях от 75 до 90 % воды, и этим свойством его, которому посвящено несколько специальных работ, постоянно пользовались путники в пустынях Техаса, Аризоны и Мексики в те времена, когда единственным транспортным средством была лошадь. Срубив кактус размером с бочонок, путешественник получал влагу для себя и сочный корм для лошади. Интересно, что в этих местах мулы и ослы прекрасно приспособились самостоятельно сбивать копытами кактусные колючки, чтобы без помех насладиться вкусным стеблем.
В некоторых районах Мексики опунции в очищенном от колючек и глохидий и изрубленном виде применяют как корм для скота с такими хорошими результатами по повышению удоев коров, что густые заросли опунций местами совершенно истреблены, и фермеры ездят за ними за десятки километров.
Кактусы служили кормом не только для крупных животных. Плантации опунций, иногда громадные — до 60 000 растений, создавали, чтобы разводить на них мохнатую тлю, из которой добывалась кошениль. Пока химические красители не завоевали рынки, кошениль очень высоко ценилась, и ферм, разводивших тлю, было немало.
В настоящее время мексиканские ученые ведут большую работу по использованию кактусов в промышленности. Исследования показали, что из них можно получать витамины, деодоранты, гормоны, вина и ликеры, мыло, технический спирт, вещество, ускоряющее ферментацию, и многое другое. Отходы при этом используются как корм для птицы.
Множество видов кактусов дают плоды настолько крупные, сочные и ароматные, что их собирают и продают на рынках, как у нас, например, землянику. Их едят сырыми, варят из них варенье, желе, компоты, приготовляют смоквы, кладут для цвета и аромата в вино, а незрелые — тушат с мясом в виде рагу.
Некоторые кактусы идут в пищу целиком. По словам собирателей кактусов, стебли неовердерманнии (Neowerdermannia, вернее Weingartia) в вареном или печеном виде настолько любимое блюдо в Боливии и Парагвае, что этот род все труднее отыскивать.
Рынок в Мексике — торговля плодами кактусов.
Определенные виды мелокактуса и эхинокактуса (Melocactus oaxacensis, Echinocactus ingens) едят засахаренными, первый даже носит в народе название Конфетного кактуса (Candy cactus). Стебли очищают от колючек и кожи, режут на ломти и варят в сиропе из тростникового сахара. Особенно усиливается спрос на эти цукаты с приближением празднования Нового года.
Плоды Опунции вульгарис (Opyntia vulgaris), акклиматизировавшейся на берегах Средиземного моря, получили заслуженное признание и в Европе, где их называют «берберийскими фигами». Любопытно, что ягоды эти ставят в тупик врачей, которым никакими анализами не удается определить, чем объясняется крепящее действие их.
