Судья промолвил:
— Ты прав, я развожу тебя с ней.
*
Один кочевник, высокий как жердь и крайне неприглядной наружности, решил жениться. Его спросили:
— Какую жену ты хочешь?
— Она должна быть хороша собой и маленького роста,— ответил он.— Пусть сыновья пойдут красотой в нее, а ростом в меня.
Ему нашли девушку по его вкусу, и она нарожала ему детей, которые вышли ростом в мать, а уродством в отца.
Бедуин из племени Тай пришел с женой на пастбище, они подоили верблюдов и сели, размышляя о том, на какое новое пастбище погнать свое стадо. Жена спросила:
— Кому лучше живется — нам или омейядским халифам?
Муж ответил ей:
— У них лучше еда, зато у нас хуже одежда, им светлее днем, зато нам холоднее ночью.
*
У богатого горожанина было две дочери. К нему пришел бедуинский шейх и попросил отдать одну из них ему в жены. Девушки проведали, что у него уже есть одна жена, и старшая дочь сказала:
— Я не пойду за него.
— Почему? — спросил отец, и девушка ответила:
— День, когда он придет ко мне, будет наполнен упреками и ссорами, а когда к другой жене,— пустыми разговорами и скукой, так и пройдет вся молодость.
Но младшая дочь предложила:
— Отдай меня за него.
— Несмотря на то что сказала твоя сестра? — спросил ее отец, и девушка ответила:
—Да. В те дни, когда он будет со мной, я стану наряжаться и веселиться, а когда будет с другой,— отдыхать и отсыпаться. Так и пройдет жизнь.
*
Абу Макнуна, прославленного грамматика, попросили помолиться, чтобы Аллах в дни засухи послал дождь. Он долго думал и наконец сложил такую молитву:
— О Аллах, ты наш господин и повелитель, ты наш бог и наш царь, ниспошли благословение на нас и на нашего пророка Мухаммада, а пожелавшего нам зла скрути злом, как девицы скручивают свои ожерелья вокруг шеи, а потом обрушь это зло им на головы, как обрушил комья сухой глины на головы тех, кто привел в Мекку слона, чтобы разбить войска арабов. О господи, ниспошли нам дождь из темных облаков, разверзни хляби небесные, пусть бушует ливень, пусть вода низвергается потоками, затопляя сухую землю.
Эти слова слышал бедуин. Он схватил Абу Макнуна за руку и воскликнул:
— Погоди! Если господь внемлет твоим мольбам, то начнется всемирный потоп. Ты, видно, надеешься стать вторым Нухом. У меня же нет такой надежды. Дай мне время укрыться на вершине горы, чтобы спастись от воды, которая содержится в твоих словах.
*
Аль-Асмаи рассказывал, как однажды, когда зашла речь о долгах, некий бедуин, гостивший у него, сказал: «Долг — это унижение днем и забота ночью».
*
Два бедуина пришли к судье, и один из них обвинял другого в том, что тот не отдает ему долга, а тот клялся, что готов развестись со своей женой и отпустить на волю всех своих рабов, если брал что-нибудь взаймы. Тотда истец сказал: «Оставь свои клятвы и повторяй за мной: «Пусть господь развеет как прах все мое имущество, пусть чада мои разлетятся по свету, как листья с деревьев зимней порой, если я не брал у тебя в долг».
Ответчик отказался произнести эту клятву и тут же вернул долг.
*
Аш-Шайбани рассказывал:
«Однажды эмир аль-Хаджадж отправился из Медины на охоту. Он проехал мимо бедуина, который пас своих верблюдов. Остановившись перед ним, аль-Хаджадж спросил:
— Какого мнения ты об эмире аль-Хаджадже?
— Он жестокий обидчик и притеснитель,— отвечал бедуин.
— Почему же вы не пожалуетесь на него повелителю правоверных халифу Абд аль-Малику? — спросил эмир.
— Он еще хуже,— возразил кочевник.
В это время к ним приблизились конные воины — спутники эмира, и аль-Хаджадж сделал знак, чтобы они схватили пастуха, посадили на коня и повезли с собой.
Бедуин спросил у воинов:
— Кто это такой?
Ему ответили:
— Это эмир аль-Хаджадж.
Тогда бедуин вырвался из кольца стражников и, оказавшись рядом с эмиром, крикнул:
— Эй, Хаджадж! Послушай меня.
— Чего тебе, бедуин? — недовольно спросил эмир, и кочевник сказал:
— Пусть наша тайна останется между нами.
Аль-Хаджадж засмеялся и велел отпустить виновного».
*
Наместник Ирака, Юсуф ибн Омар, назначил правителем одной из областей бедуина, и тбт проворовался. Юсуф написал указ об его отставке и вызвал к себе. Когда тот явился, он крикнул:
— Ах ты враг Аллаха! Ты посягнул на божью долю и на долю правоверных!
— На чью ж мне долю посягать, как не на божью? — возразил бедуин.— Я много раз просил сатану послать мне хоть грош, но он не сделал этого.