Что говорили арабы о разводе
Однажды аль-Асмаи сказал Харуну ар-Рашиду:
— Знавал я одного бедуина, который развелся сразу с пятью женщинами.
— Но ведь можно иметь только четыре жены, как же он развелся с пятью? — подивился халиф.
— А у него и было четыре жены. Однажды они из-за чего-то поссорились. Бедуин, человек грубый и раздражительный, рассердился: «До каких пор будет продолжаться эта свара? — и, обернувшись к одной из жен, крикнул:— Все из-за тебя! Уходи, я развожусь с тобой!»
Вторая жена вступилась за обиженную: «Ты несправедлив. Если хочешь ее приструнить, то выбери другое наказание». Но бедуин ответил: «И ты уходи, с тобой я тоже развожусь!»
Третья жена набросилась на него с криком: «Будь ты проклят! Они были всегда добры к тебе и послушны, а ты обидел их!»
Бедуин повернулся к ней и сказал: «И ты, непрошеная заступница, уходи, ты мне больше не жена!» Тогда четвертая жена, самая терпеливая, бедуинка из племени Хилаль, робко молвила: «Видит Аллах, ты не прав». Он и ей крикнул: «И ты убирайся, с тобой я тоже развожусь!»
Все это слышала их соседка. Высунувшись из окна, она сказала: «Вот позор так позор! Смотри, как бы Аллах не наказал тебя за то, что ты выгнал из дому четырех ни в чем не повинных женщин». Но вошедший в раж бедуин крикнул: «Никто тебя не просит совать свой нос в чужие дела! Ты тоже разведена, если разрешит твой муж!» И муж соседки ответил из дома: «Разрешаю, разрешаю!»
Л31
У одного бедуина спросили, не хочет ли он жениться и он ответил: «Если б я мог развестись сам с собой, т«, женился б на какой-нибудь женщине».
*
Халиф аль-Валид ибн Язид развелся со своей женой Судой. Вскоре после этого она вышла замуж за другого. Вот тут-то халиф и раскаялся в содеянном. Он позвал к себе поэта Ашаба и попросил его передать послание Суде, пообещав за это пять тысяч дирхемов. Ашаб сказал:
— Плата вперед! — и, получив деньги, заметил: — Ну, давай свое послание.
Халиф прочел ему стихи, Ашаб запомнил их и отправился к Суде.
Подойдя к ее дому, он попросил разрешения войти и, когда его впустили, вошел в ее покои. Суда спросила его:
— Что это тебе вздумалось навещать нас?
— О госпожа, аль-Валид передает тебе послание.— И он прочел:
О Суда, нет к тебе пути, тебя не встречу никогда!
Друг друга нам не увидать, увы, до Страшного суда.
О ты, капризная судьба, будь благосклонной к нам двоим
И мужу Суды смерть пошли иль Суде дай разлуку с ним!
Вспыхнув, Суда крикнула невольницам:
— А ну-ка, выпроводите этого негодного!
— Аль-Валид пожаловал мне за то, что я передам это послание, пять тысяч дирхемов, — вкрадчиво молвил Ашаб.
— Либо я накажу тебя, либо ты передашь ему то, что я тебе сейчас скажу.
— Конечно, передам, госпожа, только дай мне за это что-нибудь! — попросил Ашаб.
— Бери этот ковер, на котором я стою, — сказала Суда.
— Сойди с него, — потребовал Ашаб. Суда сошла с ковра, он свернул его и, взвалив на спину, сказал: — Теперь подавай свое послание.
И она сказала:
О Суде плачешь, но ведь ты виновен в этом сам, поверь!
Меня ты бросил — я ушла. И что ты сделаешь теперь!
Ашаб явился к аль-Валиду и передал слова Суды, н тог разгневался:
— Выбирай: или я убью тебя своей рукой, или мелю сбросить с крыши дворца, или тебя посадят в клетку ко львам!
Ашаб, растерявшись, опустил голову и некоторое время стоял молча, а потом, глянув в лицо повелителю, сказал:
— О господин мой, неужели ты способен лишить жизни человека, который недавно видел несравненную Суду?
Валид улыбнулся и отпустил Ашаба.
Рассказы о лжепророках
Во времена аль-Махди схватили человека, который выдавал себя за пророка, привели его к халифу, и тот спросил:
— Ты и впрямь пророк?
— Да, я пророк. И несу людям божье слово.
— Какое же это слово? — осведомился аль-Махди.
— Разве вы позволили мне узнать его? — возмутился лжепророк.— Как раз когда на меня снизошло озарение, твои слуги схватили меня!
Халиф засмеялся и отпустил хитреца.
*
К халифу аль-Мамуну привели человека, который утверждал, будто он — Ибрахим, собеседник божий. Ему сказали:
— Послушай, человек, ведь Ибрахим совершал чудеса и тем самым доказал, что он действительно пророк.
Тот человек удивился:
— Какие чудеса?
— Ну, например, развели костер и бросили туда Ибрахима, но пламя костра показалось ему прохладным и дарящим усладу. Мы сейчас тоже бросим тебя в огонь. Если он и тебе покажется прохладным, мы уверуем в тебя.
Лжепророк попросил: