А в лучших картинах — лиц,
Чтобы сельские леди и джентльмены
Подолжали свой утренний чай.
ТРАЧУ СВОЁ ВРЕМЯ
Трачу свое время;
Трачу свой последний день.
Но что мне делать еще,
Ведь я люблю тебя;
Твой ангел седлает слепых коней
У твоего крыльца,
И ради него ты готова на все,
Но ты не помнишь его лица.
А он так юн и прекрасен собой,
Что это похоже на сон;
И ваши цепи как колокола,
Но сладок их звон.
Трачу свое время;
Трачу свой последний день.
Но что мне делать еще,
Ведь я люблю тебя;
А мальчики в коже ловят свой кайф,
И девочки смотрят им вслед,
И странные птицы над ними кружат,
Названья которым нет.
И я надеюсь, что этот пожар
Выжжет твой дом дотла,
И на прощанье я подставлю лицо
Куску твоего стекла.
Трачу свое время;
Трачу свой последний день.
Но что мне делать еще,
Ведь я люблю тебя.
МНЕ ХОТЕЛОСЬ БЫ ВИДЕТЬ ТЕБЯ
Мне хотелось бы видеть тебя;
Видеть тебя.
По старинному праву котов при дворе
Мне хотелось бы видеть тебя.
У кого-то есть право забыть про тебя,
У кого-то есть право не пить за тебя.
Но, прости, я не верю в такие права;
Мне хотелось бы видеть тебя.
Я бы мог написать тебе новую роль,
Но для этого мне слишком мил твой король.
И потом — я люблю быть котом;
Но мне хотелось бы видеть тебя.
Я смотрю на гравюры старинных дворцов;
Королева, Вы опустили лицо,
Но я надеюсь, Вы смотрите на короля…
А мне хотелось бы видеть тебя.
Но мне хотелось бы видеть тебя;
Видеть тебя.
По старинному праву котов при дворе
Мне хотелось бы видеть тебя.
ДЯДЮШКА ТОМПСОН
У Дядюшки Томпсона два крыла,
Но Дядюшка Томпсон не птица,
И ежели мы встретим его в пути,
Должно быть, придется напиться.
В руках у него огнедышащий змей,
А рядом пасутся коровы,
И ежели мы не умрем прямо вот сейчас,
То выпьем и будем здоровы.
ЮРЬЕВ ДЕНЬ
Я стоял и смотрел, как ветер рвет
Венки с твоей головы.
А один из нас сделал рыцарский жест -
Пой песню, пой…
Теперь он стал золотом в списках святых,
Он твой новый последний герой.
Говорили, что следующим должен быть я -
Прости меня, но это будет кто-то другой.
Незнакомка с Татьяной торгуют собой
В тени твоего креста,
Благодаря за право на труд;
А ты пой песню, пой…
Твой певец исчез в глубине твоих руд,
Резная клетка пуста.
Говорили, что я в претендентах на трон -
Прости меня, там будет кто-то другой.
В небесах из картона летят огни,
Унося наших девушек прочь.
Анубис манит тебя левой рукой,
А ты пой, не умолкай…
Обожженный матрос с берегов Ориона
Принят сыном полка.
Ты считала, что это был я
Той ночью -
Прости меня, но это был кто-то другой.
Но когда семь звезд над твоей головой
Встанут багряным серпом,
И пьяный охотник спустит собак
На просторы твоей пустоты,
Я вспомню всех, кто красивей тебя,
Умнее тебя, лучше тебя;
Но кто из них шел по битым стеклам
Так же грациозно, как ты?
Скоро Юрьев день, и все больше свечей
У заброшенных царских врат.
Но жги их, не жги, они не спасут -
Лучше пой песню, пой.
Вчера пионеры из монастыря
Принесли мне повестку на суд,
И сказали, что я буду в списке судей -
Прости меня, там будет кто-то другой.
От угнанных в рабство я узнал про твой свет.
От синеглазых волков — про все твои чудеса.
В белом кружеве, на зеленой траве,
Заблудилась моя душа;
Заблудились мои глаза.
С берегов Ботичелли белым снегом в огонь,
С лебединых кораблей ласточкой — в тень.
Скоро Юрьев день,
И мы отправимся вверх -
Вверх по теченью.
ПЕСКИ ПЕТЕРБУРГА
Ты — животное лучше любых других,
Я лишь дождь на твоем пути.
Золотые драконы в лесах твоих,
От которых мне не уйти.
И отмеченный знаком твоих зрачков
Не сумеет замкнуть свой круг,