— Да-а, сегодня тебя ждет воинственная индийская защита. Так что предлагаю тебе сразу сдаться, — усмехнулся оппонент.
— Ну что ж, давай посмотрим, на что она способна. — Меир сделал ход и начал выжидать.
— Сегодня мой день, я это просто чувствую! И все же, мой друг, может, ты раскроешь свой секрет, где ты так научился играть?
— Хороший дебют для черных, — поделился своим наблюдением Меир. — Видишь ли, любезнейший, здесь нет никого секрета, просто немного развитых мыслительных процессов и практики, которой у меня было с избытком в годы моей молодости. Раньше мы со сверстниками провели не один час, собираясь на всех известных мне лавочках города. Даже сейчас, спустя все это время, я бы не пожалел ни одного своего вечера, чтобы снова посетить их. Скажи, Ян, можешь ли ты порадовать мою разыгравшуюся фантазию и ностальгию какими-нибудь новостями с поверхности?
— Нет, друг мой, ничего стоящего.
Меир, пристально наблюдавший за его мимикой и каждым его действием, без труда заметил то, как он отвел глаза вправо, а потом снова задумался. Значит, они все-таки были. Получается, новости наконец-то появились, но военные почему-то отказываются их говорить. Вся его сосредоточенность и концентрация были перенаправлены на то, чтобы придумать, как разговорить его. После продолжительной паузы, в которой Меир продумывал все ходы наперед, он все же сделал ход, выбрав хорошо известный ему метод лавирования, то есть маневры, в ходе которых поддерживается общее напряжение и неопределенность, где стороны не показывают до последнего своих намерений. Затем последовало еще несколько обычных ничем не примечательных ходов, немного усугубивших его положение. Ян же после такой длительной паузы своего соперника ожидал какой-то невероятной комбинации, которые он обычно получал в предыдущих партиях, но получил лишь инициативу и вскоре поставил несложную «вилку», при которой Меиру пришлось отдавать слона.
— Сегодня, мой друг, видимо, как ты и говорил, удача все же на твоей стороне, — с ложным сожалением высказался Меир.
— Это все новая моя индийская защита! Сегодня начнется моя победная серия, — вдохновленный успехом, произнес Ян. — Мне кажется, я нашел твою ахиллесову пяту.
— Не думаю, приятель, что все-таки это твоя заслуга, просто я немного расслабился, да и партия еще не закончена, и ты пока добился совсем небольшого превосходства, — добавил немного интриги Меир, продолжая наблюдать за лицом Яна.
— Ты просто не хочешь признавать, мой друг, что я перехватил инициативу, и я думаю, ты просто был не готов к моей новой тактике. Как видишь, что бы ты ни делал, моя победа все больше приближается ко мне, а теперь, когда ты и вовсе остался без слона, я уже просто не знаю, что тебя спасет, — Ян ликовал своими успехами. Все это Меир читал по его лицу, и ему оставалось лишь еще немного раздразнить его.
— Вынужден заметить: в своей игре ты заметно преуспел и подготовился к нашей партии. — Меир снова походил, подставив при этом свою очередную фигуру. Ян не сразу, но заметил эту оплошность оппонента и тут же поспешил походить.
— О, мой приятель, как же сегодня ты разочаруешься, — с ухмылкой произнес Ян, ни на секунду уже не сомневаясь в своей победе.
— О нет, любезнейший, ни сегодня и ни завтра, никогда тебе это не удастся, и в убедительности своих слов я бы без сомнений хочу поставить на кон свои часы.
— Хорошо, — ухмыльнулся Ян. — А ну-ка, показывай свои часы!
— Это Zannetti, редкая серия, стоят, я тебе скажу, порядочно, только тебе все равно их не носить, так что и знать, сколько стоят, не надо.
— Все же мне кажется, что уже очень скоро тебе придется рассказать об этом! Вызов принят! Что ты хочешь взамен?
— Информацию, мой друг, всего лишь информацию. В случае твоего поражения тебе придется выложить мне все, что знают военные, а я ведь прекрасно понимаю, что вы нам недоговариваете многого. — Меир выждал паузу, дав ему немного времени на раздумья, а затем спросил: — Так что? Идет?
— Ты просишь очень многого и знаешь, что я не могу этого сделать, — Ян колебался, но в своей победе он был настолько уверен, что даже возможное разглашение военной тайны его не пугало. Он был просто убежден в том, что через несколько ходов разгромит соперника и наденет триумфальные дорогие часы.
— Я обещаю тебе, что твои слова останутся только между нами, — загробным тихим шепотом протянул Меир.