Сначала над ним все посмеивались. А он и внимания не обращал. Ему было безразлично, что о нем подумают да что скажут. Валька был техником-фанатиком, как его кто-то назвал. Когда к нему ни придешь, он что-то паяет, клеит, полирует… Если его нет дома, значит, он на станции юных техников или бегает по радиомагазинам — достает разные детали. И вот не знаю, мы ли стали взрослее и умнее или Валька поразил нас своей независимостью, но только скоро ему стали завидовать. Он ходил уже не в «чудаках», а в героях. Потянулись ребята за Коровкиным на станцию юных техников. Пошли в классе совсем другие разговоры, начались другие дела. Незаметно изменились и наши представления о настоящих людях. Теперь идеалом был не Юрка Морошкин (завитые волосы, нахальный взгляд, хвастливые рассказы о победах над девочками), а один паренек из 9-го класса, скромница и тихоня. На станции юных техников он строил высокочастотную дорогу, и специально для его модели был куплен огромный трансформатор, к которому никого, кроме этого паренька, не подпускали.
Пришла в класс другая «мода»…
И кто знает, не появись Валька Коровкин, не угадай мы в нем самого интересного человека, не установись у нас хорошая «мода» на технику, — насколько беднее были бы мы сейчас!
Есть ли у тебя друг?
Если тебе не с кем поделиться радостью, радость меркнет. Если тебе некому рассказать о беде, беда становится в три раза тяжелее. Бродишь как неприкаянный, и тебе никто не мил, и ты никому не нужен…
Плохо жить без друга.
Ты, быть может, замечал: у одних ребят друзей очень много, чуть ли не пол-отряда, а другие с трудом сближаются с товарищами.
Это оттого, что одни общительны, могут рассказать обо всем, что с ними происходит, даже малознакомым. Другие замкнуты, им нелегко открыть душу даже близким людям. Тут уж почти ничего не поделаешь. И еще неизвестно, кто из них лучше. Но можно сказать точно: настоящие друзья бывают только у хороших людей.
Дело в том, что дружить умеет не каждый.
Я знал одного несчастного человека, у которого никогда не было настоящего друга. В классе, где он учился, ребята разбились на группки. Так часто бывает. Точнее, группка была одна — этакое «высшее общество». Человек пять мальчишек и девчонок одевались помоднее, держались вместе, вместе ходили на танцы и были у них свои шуточки, свои разговоры. А других они презирали.
Остальные ребята, в свою очередь, тоже презирали это «высшее общество».
И только Витька Пермитин то около одних увивается, то с другими водится. Не выходит у него пример по алгебре — сразу звонит одному хорошему пареньку: «Ну, как дела? Пойдем погуляем, а? Кстати, ты алгебру сделал? Захвати с собой, ладно?»
Но на следующий день появляется в школе — ну увиваться вокруг тех пятерых, ну посмеиваться их шуточкам, подлаживаться к ним! А товарища своего, у которого еще вчера помощи просил, и не замечает.
Пермитин вырос. Он и сейчас такой же. Только о себе думает. Начнешь с ним говорить, а он сразу переведет разговор на себя, на всякие свои истории и всегда постарается прикинуться несчастненьким, чтобы его пожалели.
Его и вправду жалеют. С ним многие знакомы, но настоящего друга у Пермитина никогда не было. А он этого не замечает. Он думает, что умеет дружить, как и все люди. Пермитин считает: если прошелся с человеком по улице — значит, он ему товарищ. Завтра с другим пойдет — тоже товарищ.
А ведь в дружбе главное — верность.
У кого верное сердце, тот всегда найдет себе хорошего друга. Любые недостатки можно простить товарищу. Но неверность, предательство простить невозможно. Друг перестает быть другом, если он не предан тебе и ты ему не предан.
Если ты хочешь научиться быть верным, то прежде всего постарайся стать внимательным к другу и вообще ко всем вокруг. Знаешь, есть такие люди, которых все любят. Со мной в одном пионерском лагере работала Елена Николаевна Мурашова. Это удивительный человек. У Елены Николаевны очень много настоящих друзей. Когда лагерь закрывается, ребята и вожатые ездят к Елене Николаевне домой — просто так, посидеть, поговорить.
Я все думал: «В чем тут секрет?» А потом понял: просто Елена Николаевна очень внимательна ко всем. Что бы у меня ни случилось — горе или радость, — мне всегда хочется скорей рассказать об этом Елене Николаевне, потому что она не просто выслушает, а порадуется или огорчится вместе со мной. А если нужно — поможет. Она умеет любить людей, и люди ее любят.