— Противные, — подсказал Дигр, — и гадкие.
— Ну, конечно, мой милый, я именно это и хотел сказать.
— Но, господин, — возразил бывший Крысобой, — он опасен!
— Ах, Кирги, — всплеснул руками толстяк, — он ничуть не опасен. Вечно ты нагоняешь страху. Уходите, все уходите. Прочь! Отведи их к себе, Пингри, только смотри…
Ревниво поглядывая на градоначальника, Пингр пошел в лакейскую.
— Этого не забудьте, — брезгливо бросил Бирг, — а то, неровен час, разлагаться начнет. Не люблю я этого.
Наемники взяли мертвого Фресса за руки и за ноги и потащили вон.
— Жаль, если мясо пропадет, — донеслось до священника. — А, Кирг?.. — Хлопнула дверь и продолжения Рой не услышал.
Оставшись наедине с Дигром, правитель Нагрокалиса взял его под локоть и повел по лестнице. «Почему бы мне не свернуть тебе шею, мерзкий выродок», — сощурился священник.
— Ты та-а-кой кровожадный мужчина, моя прелесть, — состроил глазки Бирг. — Но, должен тебя разочаровать, шея останется при мне.
Кастерс прочитал его мысли! Этот никчемный развратник, который был отчислен из школы Аббатства за тупоумие и полную неспособность к обучению, который не отличил бы запах мысли лемута от откровения Господа…
— Ты так считаешь? — с деланным равнодушием произнес Дигр.
— Разумеется. И знаешь, почему? Потому, что твоя смерть всего лишь на шаг от моей.
Рой усмехнулся:
— Старая уловка.
— Да? Тогда попробуй, убей меня. — Бирг обнажил кинжал и протянул Дигру.
И тут священник понял, что не может даже поднять руку, чтобы принять оружие. Тело было, словно деревянное, а по жилам вместо крови тек отвратительный, липкий страх.
— Ну что, моя прелесть, — хмыкнул градоначальник, — убедился?
— Что тебе от меня надо, Бирг? — прошептал метс. — Почему не убил меня?
— Ну, — улыбнулся Кастерс, — мог бы и сам догадаться… Мне нужна не твоя смерть, а совсем другое, моя прелесть. Вернее, не мне. Будь моя воля, — толстяк мечтательно облизнулся, — я бы с превеликим удовольствием отдал тебя палачу. Но, увы… жестокий мир, жестокие нравы! Не дают мне, мой милый, разгуляться. Ой, не дают. Ты, должно быть, сообразил, что произошел переворот. Да-да, тот самый переворот, которого ваши аббаты и священники так страшились. Тот, предотвратить который тебя и послали в этот богом проклятый городишко. Но теперь, моя прелесть, когда все, как говорится, свершилось, тебе остается только одно…
— Знаю, знаю, сдаться на милость победителя, — усмехнулся Рой. — Благодарю покорно, Бирг, ты всегда отличался прямолинейностью предложений.
Кастерс гаденько засмеялся:
— А ты всегда отличался полным непониманием таких вещей, как дипломатия и хорошие манеры. Ну, почему бы тебе не сказать что-нибудь вроде: «О, неужели вы предлагаете мне сотрудничество, господин градоначальник», или «Я прекрасно понимаю, что мне следует примкнуть к вашей команде, господин Кастерс». Ну, да что с тебя взять, все вы военные такие… От тебя потребуется сущий пустяк, моя прелесть, сущий пустяк. Моим друзьям нужна Книга Пророков, именуемая в ученых кругах Аббатств — Белой, а в ученых кругах Темного Братства, разумеется, — Черной. Как ты понимаешь, цвет ничего не значит, цвет — всего лишь условность. Имеет значение лишь то, что запечатлено на страницах древнего фолианта. Не скрою, милый, нам нужна эта книга. Не скрою и то, что с твоей помощью добыть ее будет куда как легче.
— Должен тебя разочаровать, моя прелесть, — в тон Биргу ответил киллмен, — мне ровным счетом ничего не известно ни о какой Книге Пророков, будь она хоть зеленая в красную крапинку.
— Разумеется, ты и не можешь о ней ничего знать. Информация о пророчествах строго засекречена. Только посвященные знают об этой тайне.
— Тогда зачем же тебе я?
— Ты станешь одним из посвященных, Дигр. Подумай, стоит тебе согласиться, и ты, — Бирг сделал величественный жест рукой, — один из влиятельнейших людей Атвианского союза. Огромные территории подчиняются тебе, города трепещут пред тобой. Ты принимаешь решения, которые способны изменить ход истории; реки золота стекаются к твоим рукам, и ты волен распоряжаться ими по своему усмотрению. И, конечно, женщины, Дигр. Десятки самых аппетитных красавиц почтут за величайшую честь провести с тобою ночь!
— Звучит соблазнительно, — усмехнулся Дигр, — но не вполне реалистично.
— Уверяю тебя, моя прелесть, тебе не о чем беспокоиться. Только согласись оказать нам эту маленькую услугу, и мир падет к твоим ногам.