— Ах, я легковерный дурак! — вперемешку со стенаниями орал слуга Нечистого. — Как я мог поверить священнику! Ах, я недоделанный лемут! Ах, я…
— Угомони его, Кизр! — стискивая что есть мочи виски, проговорил Дигр.
Два раза просить не пришлось — шаман легонько опустил лапу на затылок адепта, и наступила тишина.
— Спасибо, приятель, — выдавил метс.
У священника страшно разболелась голова. Оно и понятно — сказались пережитые тяготы. Похоже, поднимался жар — лоб у Дигра горел. Дыхание стало сиплым и прерывистым.
— Тебе нельзя так волноваться, господин, — тревожно заметил шаман.
— Конечно, нельзя, — поддакнул Шептун, — а то и помер-реть можешь!
Кизр зыркнул на «помощника», и тот умолк, но не надолго. Шептун потряс над головой книгой:
— Ты пр-риложи ее к голове, она такая холодная. Только спер-рва ее р-раскрыть надо… Она внутр-ри холодная.
Железный обруч все сильнее стискивал виски. По полушариям мозга словно растекалась огненная лава. Что это? У него и раньше случались головные боли — в битве под Нианой он получил серьезную контузию, — но не такие. Перед глазами вспыхивали цветные пятна — красные, желтые, зеленые, фиолетовые, бордовые, розовые. Этакий калейдоскоп. Очертания предметов смазались, и пристальный взгляд доставлял физическое страдание.
Священник вдруг ощутил жуткую тошноту — липкую, скользкую, заполняющую собой каждую пору. Казалось, ее вызывал весь окружающий мир.
Это дерево — всего лишь дерево, этот брейнер — всего лишь брейнер, этот камень — всего лишь камень. Но они столь реальны, столь отличны от него, Дигра, столь чужды ему… И в то же время они — это и есть он, ибо порождены его мозгом. Стоит закрыть глаза, и иллюзия исчезнет; ей на смену придет Пустота, ее величество Ничто — единственная реальность.
Как во сне Рой раскрыл книгу. Рядом хлопотал Шептун, постоянно давал какие-то советы и норовил поддержать слабеющую руку. Но священник его не видел. Едва переплет распахнулся, как пятипалый отпечаток полностью завладел его сознанием.
Этот отпечаток единственный не вызывал отвращения. Более того, он притягивал к себе. Он звал, манил, приказывал. Не в силах сопротивляться, Дигр положил на него правую руку.
Тут же тысячи мельчайших игл вошли в ладонь. Тело пронзила ужасная, ни с чем не сравнимая боль. Потом страдание отступило, и сознание наполнилось светом.
Огромный поток хлынул в разум священника: все самые сокровенные познания, все исторические факты, географические сведения, магические и философские концепции. Этот свет был чистым знанием, не облеченным в слова, не знавшим цензора.
Тело Дигра сотрясалось в конвульсиях, руки и ноги страшно дрожали. Напряжение было огромным. Наконец информационный поток иссяк, и метс обессиленно опустился на землю. Мир вновь обрел четкие очертания. Боль отступила совсем.
— Что с тобой, господин? — с тревогой произнес Кизр.
— О, теперь все в порядке! — Рой упал на колени, но на губах его заиграла счастливая улыбка. — Более, чем в порядке. Я знаю, как одержать победу над С’таной, над Мануном.
— Тебе бы отдохнуть, господин.
Тем временем очнулся и Азр, встал, с ненавистью уставился на священника.
— Не смотри на меня так, отродье Нечистого, — произнес Дигр, — я не нарушаю своих обещаний. Ты свободен!
— Свободен, свободен, — проворчал Азр, — а ты подумал, что я буду делать в Тайге с такой рукой? Как я буду добывать себе пропитание?
Киллмен подошел к адепту:
— Сними куртку.
Азр нехотя подчинился. Худое и грязное тело предстало взору Дигра:
— Похоже, тебя не балуют снедью! — покачал он головой.
Плечо Азра сильно распухло. Священник с брезгливой миной ощупал его и произнес вердикт:
— Тебе повезло — всего лишь вывих.
Ловким движением он дернул за руку. По Тайгу разнесся пронзительный крик, и кость встала на место.
— Я в долгу не останусь! — прохрипел адепт.
Дигр только махнул рукой:
— Если б не моя клятва…
Кизр недоуменно посмотрел на Дигра:
— Господин, где ты научился искусству исцеления?
— Здесь, мой мохнатый друг, здесь, — указал священник на книгу.
— Теперь ты можешь отправляться в Тайг, — обратился киллмен к Азру, — но знай, следующая наша встреча окажется для тебя последней!
— О, не беспокойтесь, ваше святейшество, — скривился Азр, — я надеюсь, что наши пути не пересекутся.
Кизр мигнул Шептуну, и тот, подхватив под руки слугу Нечистого, поволок его прочь со стойбища. Брейнер шел так быстро, что ноги пленника волочились по земле. Когда Азр с Шептуном скрылись из виду, священник заговорил: