Она выбрала маленькую девочку, которая первая попалась ей на глаза. Та крепко держала маму за руку и потирала немного уставшие ярко-зеленые глаза. Цекай опять выглянула в коридор и, не обращая внимание на голоса вокруг, сосредоточилась только на одном ребенке. Но теперь девушка не знала, что делать. Ей казалось, что она слышит обрывки мыслей девочки, громче остальных, что они уже почти явные, но…
Нет.
Цекай теперь снова думала только сама. Она не понимала, что делать. Она надеялась, что есть что-то… Что можно почувствовать, чтобы проникнуть дальше. Но она не нашла этого «чего-то». Девушка недовольно посмотрела на свои ноги. Не все так просто… Но я же смогла тогда услышать Паулу! Она попыталась вспомнить, что она сделала тогда. Да ничего! Я этого не ожидала.
Нужно спросить у голубя! Она хотела его позвать, но сначала вспомнила его новое имя, а потом представила уже знакомое небо с облаками…
Птица тут же приземлилась ей на голову.
— Что ж, мы давно не виделись! — сказал он, и Цекай теперь точно знала, что он смеется.
— Н-да, — согласилась девушка, а потом неожиданно для себя спросила совсем не то, что собиралась. — А почему вы служите нам?
— Что ты имеешь в виду?
— Зачем вы разносите наши послания?
— Больше всего на свете мы любим слушать истории и рассказывать их. Мы умеем это лучше других и занимаемся тем, что нам нравится больше всего.
— Но ты не только слушаешь и рассказываешь! Ты прилетаешь, как только я позову, и отвечаешь на мои вопросы…
— За это ты охотнее со мной разговариваешь, — птица склонила голову набок, посмотрев на Цекай красными глазами. — Ты это хотела спросить?
— Нет. Я поняла, как просто слышать мысли всех сразу, но не могу понять, как услышать мысли кого-то одного. Я пробовала у той девочки…
— У ребенка?
— Да.
— Ты не сможешь прочитать мысли ребенка!
— Но почему?
— Они другие. Они не могут открыть свое сознание. Ты не сможешь, потому что пути в их головы не существует.
— А можно, я попробую прочитать твои мысли?
— Нет.
Цекай вздохнула.
— У тебя не получится, — пояснил он. — Я голубь.
— Но ты же мне показал тогда…
— Да. Но я голубь. Больше ничего не выйдет.
Девушка поднесла руку к голове, и птица пересела на нее.
— Я улечу обратно, — заметил он.
— Ну хорошо… Спасибо, что рассказал. А тебе не надоедает отвечать на мои вопросы?
— Нет. Мне они интересны. Такие на Силане никто не задает.
С этими словами он улетел и растворился прямо под потолком гостиницы, а Цекай выбрала себе новую жертву для эксперимента, молодую женщину с длинными черными волосами, убранными в высокий хвост. Девушка снова оказалась в коридоре, но теперь ее мысли были направлены на одного силанца. Она словно приблизилась к чужой двери и даже улыбнулась от предвкушения: эта дверь была как бы чуть приоткрыта, и из нее доносился голос. Цекай зашла внутрь и…
— Эй! — Юрия провела рукой перед ее носом.
— Юрия! — воскликнула Цекай. — Ты меня отвлекла!
— От чего?! — недоуменно посмотрела на нее та. — Ты с безумным видом смотришь на часы! Это так важно?!
— Я… — Цекай нерешительно посмотрела на девушку. Сказать? — Я… задумалась.
— Какой ужас, — покачала головой Юрия. — А я научилась делать Ейгенц!
— Здорово! И как?
— Гоблина им вряд ли можно убить, но это его отвлечет.
Цекай улыбнулась.
— Пошли, а то я тебя заставила ждать. Ты же сегодня была при деле!
— Да, — улыбнулась девушка, вставая. — Но, похоже, что и завтра меня ждет то же самое. Тут столько голубей, и… Я теперь знаю, что ты сеннрил Юрия!
Та усмехнулась и пошла к номеру. Цекай снова посмотрела на людей в холле, а потом тоже пошла вслед за девушкой. Я еще успею этим заняться завтра…
Но следующий день оказался было еще тяжелее, чем предыдущий. Почти весь день пришлось провести на ногах. Голубей прилетело довольно мало, и с ними Цекай справилась быстро, но такие же пометки нужно было сделать и у некоторых единорогов, которые уходили из города с той стороны, где не было стены. Это было сложнее. В отличие от непривередливых голубей, для единорогов было важно, где у них будет крохотное колечко. Одни просили прикрепить его на копыто, другие на гриву, третьи… В общем, девушка весь день скакала вокруг них, чтобы надеть очередную пометку.
Когда Цекай ползала под очередной лошадью, которая попросила прикрепить колечко «куда-нибудь сзади ноги, чтобы не было видно», мимо проходил Курой. Он остановился, удивленно наблюдая ситуацию.
— Привет, — сказала Цекай, вылезая из-под единорога, а потом обратилась к ней. — Я понятия не имею, куда прицепить. Давай на гриву, как у всех?