— Юрия, — пробормотала Цекай, — а в этом лесу не водятся какие-нибудь большие звери?
— Нет, конечно! — уверенно заявила она. — По-моему, кроме птиц, никого и нет.
— Да? А это тогда кто оставил? — Цекай указала на дерево.
— Да это здесь испокон веков, — махнула рукой Юрия.
— Но они же откуда-то появились, — нахмурилась Цекай.
— Не бери в голову, может быть, сюда кто-то забрел из старого леса.
— Из старого леса?
— Ну да. Этот лес молоденький еще, а на другой стороне озера есть другой лес, очень древний. Вот там что только не водится, но мы туда не ходим, и проблем нет.
— Ну, хорошо, — сказала Цекай, которую ответ Юрии не удовлетворил, а скорее наоборот, добавил повод для волнений, — пока ты здесь, я посмотрю, что там, дальше.
— Только не заблудись, — беззаботно откликнулась Юрия и пошла в другую сторону, продолжая искать свои растения.
Цекай стала пробираться между накрененными деревьями и совсем скоро вышла из их тени. То, что издалека показалось ей поляной, оказалось небольшим клочком земли, метров семь в длину. С одной стороны был лес, из которого вышла Цекай, а с другой – обрыв. Сам выступ был в форме треугольника с неровными краями. Девушка подошла к краю и осторожно посмотрела вниз: там стелился густой хвойный лес, который с такой высоты выглядел точно мох.
— Эй, Цекай, — позвала Юрия, — где ты пропала? Нам надо идти дальше.
Они обошли, казалось, весь лес. Когда Цекай была уже уверена, что они заблудились, Юрия продолжала уверенно идти вперед, оставляя Флауренторн позади. Чем дальше они уходили в чащу, тем выше становились деревья. Их тонкие стволы тянулись к небу, борясь со своими собратьями за каждый лучик солнца. Цекай не видела ничего интересного в окружавшем их лесу, хотя Юрия восхищалась, казалось, каждым кустиком. Свои папраны, хиленькие листочки, которые росли у самых корней деревьев, она собирала осторожно и с каким-то благоговением, казавшимся ненужным такому простому растению.
Уже прошло много времени с тех пор, как они вышли из Флауренторна. Солнце, иногда проглядывавшее через серые облака, уже успело обозначить полдень и начало свое движение к горизонту.
— Юрия, — не раз спрашивала Цекай, наблюдая за тем, как та срывает очередной листочек, — зачем тебе собирать их, если мы решили завтра уехать?
— Они могут нам понадобиться, — отвечала Юрия, — эти растения достаточно редки и, кроме наших мест, мало где встречаются.
Юрия пустилась перечислять несметные полезные свойства этих слабеньких листочков. Цекай слушала ее вполуха и продолжала вяло шагать по лесу. Когда Юрия сообщила, что они возвращаются, Цекай сначала было обрадовалась, но потом, осознав, что им придется преодолеть такой же путь в обратном направлении, приуныла. Но Юрия повела ее по незнакомым тропам, и совсем скоро между стволами замелькала знакомая поляна. Но рассмотреть маленькие домики Флауренторна Цекай смогла только тогда, когда лес остался у них за спиной. Идти по полю было трудно. Неровная земля так и норовила выскользнуть из-под ног. Цекай каждый раз неуклюже промахивалась мимо очередного выступа. Небо ровным гладким листом нависло над полем. На западе его уже успели окрасить лучи подходящего к горизонту солнца.
— Смотри, — вслух рассуждала Юрия, — завтра мы с тобой отправимся в город… ох, не помню я его названия. В любом случае, наша конечная цель — Пентакарр. Уедем утром. Где-то часов в десять. Я надеюсь этой ночью собрать еще трибис. Мы его видели сегодня в лесу, но он созреет только сегодня ночью. В любом случае, мы уедем завтра.
Цекай устало кивала в ответ.
Оказавшись в своей небольшой комнате в гостинице, девушка с удовольствием упала на кровать. Добрых двадцать минут она просто лежала, наслаждаясь тишиной и собственной пассивностью. Порой ей в голову приходила мысль собрать вещи, попробовать затолкать толстую «Древнейшую историю» в сумку, но вещи она так и не разбирала, а насчет книги могла на глаз определить, что в сумку она не влезет. Цекай даже посетила мысль о том, чтобы отнести ее Юрии, но она лениво отбросила ее. Книгу она была не прочь взять с собой: если они поедут на единорогах, нести ее будет не трудно.