Цекай открыла крышку, и Юрия так и замерла с широко распахнутыми глазами. Она стояла так довольно долго, а потом ее лицо прояснилось.
— Он выращивает агадары! Теперь понятно, зачем ему эльф. Странно, правда, что он отдал за него такой роскошный камень.
— А причем здесь эльфы?
Юрия тяжело вздохнула:
— По пути расскажу, пошли скорее. Единороги наверняка уже заждались.
С этими словами она поспешила к выходу из Серри, но навстречу ей выскочил Грауд, за ним следом бежала Рина.
— Что? — испуганно спросила у него девушка.
— Их уже видно! — фыркнул единорог. — Надо было не тебя слушать, а сразу бежать в Пентакарр.
Цекай испугалась: до города не один день пути, а вокруг степь. Гоблины настигнут их очень быстро. Юрия быстро всунула руки в рукава плаща и запрыгнула на лошадь. Цекай тоже залезла на Грауда, осторожно прижимая шкатулку к себе и следя за тем, чтобы она не раскрылась.
Единороги выбежали с другой стороны города. Впереди виднелись только горы, и никакого города за ними не было видно. Возможно, надо было предупредить того дедушку, что за нами гонятся гоблины! Хотя… Цекай печально повернулась назад: действительно, на горизонте стали видны темные точки. Они гонятся за мной! Надо было предупредить Юрию раньше. Возможно, они с Риной смогли бы уйти, но теперь уже слишком поздно.
Внезапно Цекай заметила что-то темное у подножия гор. Лес! Они смогут бежать среди деревьев, где гоблины передвигаются не так быстро. Надо только успеть добраться до него.
— Грауд, если мы сможем быстро добежать до того леса, — она указала на него рукой, не очень уверенная в том, что единорог увидит ее жест, — то сумеем оторваться.
— Я уже подумал об этом. Попробуем. Только бежать-то будем мы.
Цекай хотела что-то сказать, но Грауд не возражал и уже галопом несся вперед. Рина бежала с ним наравне, бросая хмурый взгляд на лес впереди.
Глава 10
Горы Тресильфон
Земля больше не была ровной: она гневно вздымалась большими холмами, упираясь в облака мощными, но не острыми горными хребтами. Лес стремился вверх, стараясь добраться до самого неба, но на полпути сдавался и обращался в россыпь хилого кустарника, уступая место скалам.
С одного огромного уступа с грохотом падала вниз вода. Она пенилась и бурлила уже в полете, а ударившись об камни, поднимала в воздух миллионы капель, которые, собравшись вместе, словно пар, нависали над землей. Сотни маленьких радуг приветствовали реку и отплясывали задорный танец над рокочущим водопадом. Непокорный поток слишком долго искал свой пусть среди камней, но теперь он был свободен и неукротимо летел вниз, наслаждаясь своей силой.
Огромный орел, пролетавший мимо, свернул в сторону, возможно испугавшись шума реки, но вероятнее всего, просто осознав, что его свобода никогда не будет похожа на свободу водопада. Воздух никогда не поймет воду. Орел тоже не понимал ее: прячась от летящих в стороны брызг, он описал в воздухе крутую дугу и скрылся в тени редких деревьев.
Лес то кончался, то начинался вновь. Иногда деревья окружали орла плотным кольцом, и ему приходилось подниматься выше, а порой они расступались перед ним, оставляя место каменистым впадинам. Птица с силой хлопнула крыльями и взвилась вверх, оставив лес далеко внизу. Вскоре деревья исчезли, провалилась скалистым ущельем земля, а потом и камень сменился желтоватой жесткой степной травой.
Орел все летел вперед, словно стараясь обогнать ветер. В ярких лучах солнца его бурое оперение искрилось золотым огнем. Птица что-то приветливо крикнула солнцу, но оно не ответило ей. Оно всегда было молчаливо, и орел, прижав крылья к телу, камнем стал падать вниз. Его острый, загнутый вниз клюв резал воздух в клочья, и тот с громким свистом разлетался в стороны. Перед самой землей птица в красивом пике ушла вверх, а потом полетела так низко, что грубые травинки едва не касались кончиков ее могучих крыльев.
Где-то впереди послышался тихий стук. Он становился все громче и громче и вскоре на один из холмов выскочили два единорога: угольно-черный и светло-терракотовый. Своими крепкими копытами они буровили землю, оставляя на ней черные шрамы из вывороченной вверх почвы. Орел снова устремился в вышину, а единороги продолжали лететь по полю, такие маленькие и ничтожные перед огромным пространством.
Цекай посмотрела ему вслед, но потом снова решительно обратила свой взор вперед. Грауд и Рина действительно превзошли себя: лес был уже так близко, хотя прошло всего около часа. Но гоблины не отстали, а, наоборот, стали гораздо ближе.