— Вот он какой! — восхищенно воскликнула Юрия, показавшись из туннеля.
За ней вышли Грауд и Рина и деловито осмотрелись по сторонам. Вскоре появился и сам молодой человек. На нем был красивый приталенный черный плащ, на ногах — все те же кожаные сандалии без подошв, а на шее висели наушники, белый провод от которых тянулся к прикрепленному на поясе плееру.
Стена за ним с тихим рокотом сомкнулась. На одно мгновение на камне вспыхнули символы языка Света, Юрия удивленно на них посмотрела, а потом, переведя взгляд на юношу, громко воскликнула:
— Вот Тьма! Ты нас здорово выручил!
— Я уж понял, — засмеялся молодой человек. — Вы так отчаянно кричали…
— Как тебя зовут? — спросил у него Грауд. — У меня такое чувство, что я видел тебя во Флауренторне!
— Верно, я там был неделю назад. Зовут меня Курой-Аббекка, но лучше просто Курой, а вас… — он, прищурившись посмотрел на них, — Юрия, Грауд и Рина, ну и Цекай, я помню.
— Откуда ты это знаешь? — напряглась Юрия.
— Слышал, как вы обращались друг к другу, — пожал он плечами.
— Что ты здесь делаешь? — спросила Цекай.
— На самом деле, я со дня на день собирался уходить.
— Эй, Курой! — к ним бежал высокий мужчина с короткими, торчавшими дыбом волосами. На нем был потертый плащ и очень высокие, сильно испачканные сапоги.
Оказавшись рядом с ними, он, немного запыхавшись, воскликнул:
— Зачем ты их пропустил?! Не слышал, Рисси сказал, что они из Флауренторна! — он окинул всех четверых недобрым взглядом.
— Я знаю, Сурри, — спокойно заметил Курой. — Это под мою ответственность.
Сурри хотел было что-то возразить, но, окинув печальным взглядом стену, хмуро ответил:
— Хорошо. Только смотри у меня!
Курой улыбнулся в ответ.
— Да, — заметил мужчина, — Роу хочет тебя видеть.
— Ладно. Передай, что зайду через пятнадцать минут.
Сурри кивнул и, напоследок недовольно посмотрев на девушек с единорогами, поплелся обратно. Цекай не понравились его слова. Получается, о них уже что-то известно в этом городе…
— Они совсем переполошились, — глядя куда-то в пространство, произнес Курой, — как только дошли вести о Флауренторне, теперь никого не пускают.
— Что они знают про нашу деревню? — спросила Юрия. — Что с остальными?
— Не знаю. Во Флауренторне никого не нашли… Ну ладно, я вас покину: меня ждет беседа с одним очень интересным человеком, — с этими словами Курой махнул рукой и медленно пошел в глубь города.
— Эй! — окликнула его Цекай, и он обернулся через плечо. — Ты уходишь из города завтра?
— Боюсь, — улыбнулся он, — после разговора с Роу я пойму, что мне придется задержаться.
Цекай с интересом смотрела ему вслед, пока он кошачьей походкой уходил по длинной улице. Она совсем не ожидала его здесь увидеть.
— Пошли, — потянула ее за локоть Юрия.
— Мы тоже пойдем, — согласно кивнул Грауд. — Похоже, что город защищен достаточно серьезными чарами, чтобы можно было поспать спокойно хотя бы одну ночь. Я думаю, разумнее будет вообще остаться в этом городе на несколько дней.
— Разумнее не то слово… — задумалась Рина. — Впрочем, Грауд прав, я бы тоже хотела отдохнуть.
До гостиницы они добрались очень быстро. Цекай опасалась, что горожане, зная про Флауренторн, не обрадуются появлению новых лиц. Но Пентакарр был огромен, и его жители не знали друг друга в лицо, как в предыдущих городах и селах, что они посетили. Поэтому прохожие с удовольствием показывали им дорогу, не задавая никаких вопросов. На домах были указатели и обозначения улиц, похожие на те, что были на Земле, в человеческих городах.
Девушка долго не могла поверить в свое счастье: теперь они за огромной крепкой стеной, в безопасности. Где-то в голове у нее, конечно, мелькали мысли о том, что Ленгда попытается проникнуть внутрь, но сейчас, когда вокруг было так много людей, это не сильно ее пугало. Пока они шли, стал накрапывать слабенький дождик… Приятный и прохладный, он сразу наполнил город новыми запахами.
Цекай плохо запомнила саму гостиницу и то, как дошла до комнаты. Только оказавшись в кровати, она ощутила невероятное удовольствие. Девушка с наслаждением потянулась, почувствовав, как где-то в спине что-то хрустнуло, и, расслабившись, уткнулась носом в подушку. Так приятно было осознавать, что сегодняшний сумасшедший день кончился и теперь можно с чистой совестью отдаться неге. Хотя большую часть пути они преодолели все-таки на единорогах, взбираться наверх или спускаться вниз по крутым склонам им пришлось самим. Ноги у Цекай безумно устали: утонувшие в мягком матрасе, они казались свинцовыми. Девушка уже не могла ими пошевелить, а может, просто не хотела.