Валя загородила его собой:
А я ему верю!
Семушкин лежит в медицинском кабинете, превращенном в мини-госпиталь. Под глазом синяк. Морщится, когда медсестра Кора обрабатывает его многочисленные ссадины.
Клад говоришь? – спрашивает она. Медсестра молода и очень симпатична.
Вместо ответа Семушкин спрашивает:
А почему вас Кора зовут? Вы Карина или Каренина?
Не болтай глупостей, поросенок. Лежи тихо и не скачи!
Заботливо укрывает его. Сеня улыбается ей.
Погрозив ему пальчиком, Кора исчезает за дверью.
Сеня тут же вскакивает. И начинает шарить по стеклянным шкафам, перебирать разные шприцы, лекарства, смотреть ампулки на свет… В глазах его горит неподдельный восторг.
Столица Парагвая?
Молчание.
Асунсьон.
Это сказал Семушкин. Вся группа, кроме него, играет на интерес. На кону – в центре одной из коек - лежат всякие сокровища: рогатки, пульки, автоматы, старые видеоигры, мелкие деньги, ножички, бейсбольная кепка, игрушки. Ребята собрались вокруг них.
Семушкин возится с навигатором.
А тебя никто и не спрашивает! – цыкнул на него Баранов. Но, видимо, этого внушения ему показалось мало. Он еще не забыл свежего карпа:
Самый умный, да? Слушай, Семушкин, а почему ты такой умный? Может, ты в рыло хочешь?
Карпа объелся? – отпарировал Семушкин.
Он незаметно нажал кнопку записи в диктофоне телефона.
Баранов пошел на него, как таран. Но вертлявый Семушкин успел удрать с койки. Теперь он показывал Баранову язык, ловко бегая от него вокруг кровати.
Да брось ты! – попросил Баранова «лопоухий». – Играть давай! Он вообще больной. Вон, таблетки жрет постоянно!
Кто? Это я больной?! – возмутился Семушкин. – Если хочешь знать, я потому и умный, что эти таблетки ем!
Все разом забыли про игру и уставились на Семушкина.
В них йод есть! – увидев их интерес, заявил он. – А он способствует умственной активности!
Покажи! – не выдержал «поваренок».
Еще чего! – огрызнулся Семушкин.
А ну, покажи! – пошел в атаку Баранов. Ребята обступили его и схватили. Возня, крики Семушкина… «Помогите!». Сопротивлялся он отчаянно. Даже укусил Баранова. Тот взвыл.
Вот гад!
Таблетки вырвали у Семушкина из кармана.
Он готов был разреветься.
Не реви, - успокоил его Баранов. – Тебе мама еще купит.
Мама?! Никогда! – уверенно заявил Семушкин.
О нем забыли. Он нажал в телефоне «стоп».
Все ребята разделили таблетки поровну. Попробовал каждый. Некоторые даже несколько штук. Наверное, те, кто чувствовал в этих таблетках особую необходимость. Чтобы сразу поумнеть.
В лагере паника. Директор пытается привести в чувство медсестру Кору. Та лежит прямо на траве. Все ребята куда-то бегут. Тетя Даша слезно оправдывается перед директором:
Это не может быть массовое отравление! У меня на кухне все стерильно! Ой, батюшки мои, что же делать?!
Помоги лучше!
Тетя Даша принесла стакан с водой. Набрала влагу в рот и прыснула на Кору. Но досталось и директору.
Директор долго вытиралась платком. Кора пришла в себя.
У меня нет регидрона… - успела пролепетать она и снова отключилась.
Тьфу! Медработник называется, - выругалась директор. – За самой ухаживать надо!
А дети бежали только к одному месту: к туалету. Они разделились на два лагеря – тех, кто стоял, приплясывая, в очереди в кабинку, и тех, кто, сбившись в кучу, смеясь, наблюдал за ними. Естественно, в очереди стояла вся группа Семушкина.
Семушкин мечтательно смотрел в потолок. Он словно видел на нем некие картины, которые разворачивались перед его мысленным взором. Атлас дорог лежал на его животе. Навигатор рядом. В палате он снова был совершенно один.
Асунсьон…
Вдруг, что-то придумав, вскочил с кровати, схватил телефон Баранова и долго искал что-то, нужное ему. Наконец наткнулся на видео экстремальных гонок внедорожников. Взял свой телефон и включил запись диктофона. Раздавался визг тормозов на поворотах, рев мотора и взволнованный голос комментатора: «Мы оторвемся! Быстрее, ребята! Быстрее!!!».
Быстрее! Да быстрее же! – шипел Баранов. Он стоял за «поваренком». Когда очередной мальчишка выскочил из туалета, Баранов, не выдержав, оттолкнул «поваренка». Тот заныл:
Моя же очередь…
Только что вышедший парень сразу пристроился в хвост очереди.
Повеселевшая Кора идет к палате Семушкина. В руках она держит пустую упаковку лекарства.
Перед входом она стерла улыбку с лица, напустив на себя нарочито строгий вид.
Семушкин в это время лихо танцует под современный мотивчик. Несомненно, это стрит дэнс. Имитирует высокие удары ногой, когда музыка это позволяет. Телефон надрывается. Семушкин подпевает себе.